Книга Злодейский путь! Том 5, страница 47 – Эл Моргот

[Чтобы не портить интригу].

Если бы Система не была голосом в голове, Шен бы вытаращился на нее. Впрочем, собравшись было возмутиться, затем он передумал и сбавил обороты, лишь тихо фыркнув. Система в последнее время вела себя как старый приятель, и Шен позволил себе позабыть, что их цели в корне разнятся. Пока Шен просто пытается справиться с обстоятельствами, чтобы улучшить свою жизнь, Система на первый план ставит «достойное развитие сюжета». Так что ничего удивительного, что она не захотела ничего портить, наделяя его лишними спойлерами. Возмущаться по этому поводу бесполезно.

Подумав о спойлерах, Шен осознал еще одну вещь: если они пропустили несколько месяцев, находясь в стране фейри, и сейчас по меньшей мере весна, то прошло время заточения Ала в темнице ордена и сюжет вновь входит в известную колею. Ну, должен входить.

— Нет смысла стоять на этой поляне, – недовольным тоном произнес Муан. – Идемте уже куда-нибудь!

Шен осмотрелся и заметил тропу. Она была засыпана прошлогодней листвой и могла оказаться и вовсе случайной лесной тропкой дикого зверья, которая исчезнет через несколько шагов, но других в округе не было. Вероятно, в последнее время никто не ходил к каменной арке. Возможно, тот человек, замеченный Алом зимой, был последним, кто приходил сюда.

Они пошли друг за другом. Шен шел первым, а за ним попеременно – то Муан, то Ал. В какой-то момент старейшине пика Славы надоело конкурировать с учеником Шена, то и дело пытающимся его обогнать, и, тихо фыркнув, Муан занял позицию в конце строя. Впрочем, это совершенно не мешало мысленно общаться с Шеном.

Тропка то становилась заметнее, то вовсе терялась так, что Шен наугад выбирал направление. При этом он пытался припомнить, что же за события шли сразу за освобождением Ала в оригинальной истории, но память его подводила. Казалось, он почти ухватился за какую-то дельную мысль, и тут его отвлек вопрос Муана:

«Как ты умер в своем мире? Ведь не от старости? У тебя были враги?»

Шен опасался шквала вопросов от прославленного мечника, который рано или поздно должен был начаться. Особенно тех, правдиво на которые не ответить, не упоминая Систему и Ера. Он не собирался утаивать от Муана правду о них, но не знал, как обрушить на него поток настолько непонятной информации. Шен оправданно опасался за душевное состояние мечника, которое непременно пошатнется, если хозяин Проклятого пика вывалит на него все и сразу. Продолжать лгать было тошно, а позволить себе такую роскошь, как полная откровенность, он не мог.

Шен порадовался, что на заданные Муаном вопросы пока что может ответить с предельной честностью.

«Это был несчастный случай. У соседей произошел взрыв, и меня тоже зацепило», – отозвался он, решив не вдаваться в излишние подробности, за которыми непременно последовало бы долгое объяснение, что такое квартира и газовый баллон.

Муан немного помолчал и уточнил:

«Это было больно?»

Шену стало как-то неуютно. Больно ли? Наверное, больше страшно, чем больно, хотя и боль тоже была, но эта внезапно обрушившаяся темнота… Шен никогда не вспоминал момент своей гибели, но сейчас, если задуматься, смерть от взрыва показалась ему на удивление внезапной. В его поле зрения или слуха тогда не ворвалось ничего, что можно было бы принять за взрыв. Просто внезапная темнота. Хотя, возможно, именно так и умирают? А взрыв – это ведь всего лишь доли секунды.