Книга Злодейский путь! Том 5, страница 128 – Эл Моргот

Прошло не так много времени по меркам Ала, около часа, когда он наконец увидел среди снующего по улице люда возвращающихся учителя Шена и мастера Муана. Шен был в той одежде, что Ал сам ему выбрал. Это заставляло сердце Ала ликовать, словно он победил в состязании. Правда, чем ближе подходили эти двое, тем сильнее Ал чувствовал нарастающую в груди досаду. Отчего он не умеет так же спокойно и легко говорить с Шеном? Отчего ему вечно нечего сказать в его присутствии? Как же злит, что у мечника получается так легко и естественно заводить разговор с учителем, а у него одни затруднения и расходуется столько душевных сил!

Ал понял, что если немедленно не вклинится в эту приятную беседу или хотя бы не услышит, о чем она, то точно взорвется. Он стремительно сбежал с крыльца и бросился вперед.

В следующий момент Ал, как назло, врезался в кого-то и, перемахнув через ящик, полетел на землю. Умело сгруппировавшись, он приземлился на одно колено и не потерял лицо и все же разозлился. Подскочив, Ал уже готов был закричать, чтобы нерасторопный торговец смотрел по сторонам, прежде чем выдвигать свои ящики на дорогу, но услышал знакомый голос и обмер:

— Какая встреча! Так ты все-таки вовремя покинул Хэфань?..

Ал вновь стоял лицом к лицу со своим отчимом. Отчего-то он никогда не думал, что тот погиб в Хэфане, сразу решив, что такой человек не мог просто умереть. И все же сейчас его самодовольное лицо вместо облегчения вызвало лишь напряжение во всем теле.

— Должно быть, и впрямь тебя звезды хранят, как твоя мать говорит. А я уж тебя похоронил! Думал, что больше и спорить не буду с твоей матерью, пускай так и думает, что ты в своем заклинательском ордене вознесся. А ты, оказывается, из Хэфаня вовремя слинял. Что молчишь? Забыл, что пообещал отцу?

Ал стоял, пялясь на носки своих сапог и не собираясь поднимать взгляд. Однако, услышав об «отце», не выдержал и зло пробурчал:

— Вы мне не отец.

— Что ты там бормочешь? – прикрикнул господин Гун. – Встань прямо, говори как мужчина! Вымахал такой детиной, а характер не изменился!

Вместо ответа Ал резко развернулся и поднял голову, собираясь найти в толпе Шена, однако уперся взглядом в белоснежное одеяние, закрывшее все пространство.

— Господин, у вас какое-то дело к моему ученику? – услышал он мягкий голос, от которого на сердце тут же потеплело.

— Господин, у вас какое-то дело к моему ученику?

Господин Гун оторвал взгляд от светлой макушки и уставился на обратившегося к нему человека. Или небожителя? Так с ходу и не разберешь. Нефритовая кожа, острые утонченные черты, черные глаза, в глубинах которых пляшет золотое пламя, черные волосы, блестящие на солнце, словно антрацит. Разве что волосы эти чересчур коротки, а так – ни дать ни взять бессмертный заклинатель, сошедший с картины о белых лотосах. А рядом с ним – не менее впечатляющий господин. Волосы черные с проседью, хоть лицо молодое и утонченное, глаза синющие, словно небо сразу после заката, широк в плечах, статен, еще и зачехленный меч в руке, определенно телохранитель благородной персоны.

Оценив обоих, господин Гун тут же склонился в поклоне и произнес:

— Приветствую ваше сиятельство!

Шен немного опешил от такого обращения, но решил не поправлять его. Господин Гун продолжил: