Книга Злодейский путь! Том 4, страница 178 – Эл Моргот

Шен вздрогнул и перевел на старейшину Лунг Рита испуганный взгляд. В первое мгновение он смутился, но затем все мысли вытеснило осознание того, что он не смог пройти испытание. Если сейчас Лунг Рит объявит, что пик Черного лотоса получает –10 баллов, он уже не сможет выиграть турнир. И что тогда?!

Муан почувствовал, как Шен напрягся, и поспешил напомнить:

— Старейшина Лунг, я говорил, можете списать баллы у пика Славы. Это было мое решение – отправиться в сон старейшины Шена. Я отдаю ему свою победу.

Признаться, Муан все же ожидал, что Шен начнет отнекиваться и честолюбиво не примет такую победу, но тот с благодарностью посмотрел на него.

А затем, вспомнив о своем ученике, Шен осмотрелся по сторонам и окликнул его. Вот только Ала нигде не было.

Ни одна слезинка не сорвалась с его ресниц, Ал не чувствовал боли, только дикое разочарование. На него обрушилось сокрушающее по своей мощи осознание: Шену плевать на него. Что бы он ни делал, как бы ни пытался, для Шена это не будет иметь никакого значения. Потому что его глаза смотрят не на Ала. И даже… и даже если их выколоть, то…

Сухая ветка треснула за его спиной. Ал не обернулся, зная, что лишь один человек способен найти его в этом месте посреди непроходимой чащи у подножья пика Таящегося ветра.

— Зачем ты явилась?

Аннис подошла и встала, прислонившись спиной к его спине.

— Ты пронесся мимо за долю секунды, но я все равно успела заметить, как ты расстроен. Что случилось?

Ал фыркнул.

«Что случилось!»

Можно подумать, ему так легко открыть рот и рассказать ей, что случилось!

— Ты расстроился из-за учителя? – предположила девушка.

Она всегда била точно в цель, словно видела его насквозь! Ал слегка повел плечами, но ничего не ответил.

Они долго стояли так посреди заснеженного леса, больше ничего не говоря.

Наконец Ала посетила интересная мысль, и он решился задать вопрос:

— Слушай, раньше мне казалось, что ты влюблена в учителя или что-то типа того. Почему же в последнее время ты так спокойна? Как тебе это удается?

Аннис тихонько рассмеялась, и это заставило Ала напряженно сжать кулаки. Но затем она заговорила, и он понял, что она смеется не над ним:

— Можно сказать, что я сдалась.

— Сдалась? – переспросил Ал. – Значит, ты его никогда и не любила!

— Нет, ты неправ, – спокойно возразила Аннис, вовсе не задетая его словами. – Я по-своему его любила и сейчас люблю. Просто… Как бы объяснить… Я не думаю, что подхожу ему. Потому что, если подумать… Мне не нужен Шен как человек. Мне нравится Шен как образ. Мне нравилось представлять, какой бы мы были красивой парой и как все вокруг завидовали, но мне страшно представить, какая у нас могла бы быть семейная жизнь. Я бы хотела взять от него очень много, но что я хочу ему дать? Что я могу ему дать? Думаю, это никогда и не было той любовью, что возникает между мужчиной и женщиной. Это было восхищение, он восхищает меня, в моих глазах он прекрасен, но я больше хочу быть, как он, чем быть с ним.

— Ты никогда его не любила! – сделал вывод Ал.

— А разве ты другой?! – разозлилась Аннис.

Она обернулась и толкнула его в плечо.

— Разве ты не одержим учителем? Разве ты думаешь не о том, как хочешь заполучить все его внимание? Как жаждешь заполнить его глаза одним собой?! Если моя любовь – восхищение, то твоя – одержимость!