Книга Второстепенный мастер. Том 1, страница 195 – Эл Моргот

— Йями, ставший духом, — проговорил он, — действительно существо уникальное… Некогда, будучи йями, жил как человек… А теперь живешь как дух… Кем же ты был, будучи человеком?

— Я был дураком, — без сомнений ответил тот.

— А сейчас? Не дурак?

Улыбка-полумесяц замерцала.

— Минутой ранее ответил бы, что нет. — Он тяжко вздохнул, этот вздох волной прошелся по дну реки Лайхэ. — Что же мне делать? Столько лет минуло… А я вновь задаю тебе этот вопрос.

— На этот раз я не стану отвечать, — пожал плечами Ларт.

Вторая рука выпросталась из-под переливающейся хламиды и потерла жемчуг.

— Ладно, я понял, — произнес дух. — Вы все можете идти.

— Пфф, — Ларт фыркнул, — можно подумать, ты мог этому воспрепятствовать. Не льсти себе.

— Я действительно много сделал для этой, как ее… штуки на Э или Е, о которой ты говорил. Но, должно быть, недостаточно для расплаты.

— Нет. Ты просто предпочитаешь жить в сожалениях.

— Конечно, я сожалею! Каждый день сожалею!

— Это так… по-человечески, — прозвучало будто с презрением.

— Разве есть другой способ?

— Конечно есть! Сожаления — это САМЫЙ простой способ!

Если бы хламида не скрывала глаза духа Улыбающегося Полумесяца, все бы точно увидели, с каким недоумением тот уставился на Ларта.

— Простой? Это так мучительно!

— Мучительно и просто, — усмехнулся пшеничноволосый заклинатель. — Бери и прокручивай свои сожаления каждый день в голове, ощущай эту горечь, боль, но ничего не меняй. Свихнись, но продолжай стоять на месте. Потому что сожаления — это попытка сбежать от реальности. Попытка доказать себе, что ты не так уж плох, ведь ты сожалеешь и мучишься. Не так ли? Этого мучения достаточно? Или все же примешь уже тот факт, как ты поступил и к каким последствиям это привело, и пойдешь дальше?

— Да что ты знаешь?! — возмутился дух.

— Самое забавное, что практически ничего. Но мне не нужно знать твою историю. Потому что у всех, застрявших в сожалении, всегда все сводится к одному: «я не плохой, я сожалею». Это такой абсурд! И это исключительно людская черта.

Дух Улыбающегося Полумесяца стоял молча.

— Вот и поговорили, — констатировал Ларт. — Если повезет, через еще сотню лет мы не увидимся, потому что оба будем мертвы.

С этими словами он обошел его и направился к Лиэ Ю.

Прекрасноликий глава секты Полуночного сияния сидел на песке, впиваясь в него пальцами, и глядел в одну точку расширенными от страха глазами. Учитывая, что оставлял его Ларт во вполне благополучном состоянии, пусть и бессознательном, видеть его таким было странно.

Ларт присел на корточки и дотронулся до его плеч.

— Эй, Персик, ты чего? Песок не в то горло попал? Эй… — Он ощутил дрожь под своими пальцами, нахмурился, наклонился к нему и шепнул на ухо: — Знаешь, я не очень-то обучен успокаивать паникующих мужиков. — Его руки скользнули выше, обхватили затылок Лиэ Ю и притянули ближе, так, что теперь тонкую шею обжигало его горячее дыхание. — Вот если бы ты, по случайности, оказался совсем не тем, за кого себя выдаешь…

Лиэ Ю внезапно осознал, что может дышать. Более того, дыхание стало прерывистым и очень возмущенным.

— Что вы делаете?! — взвизгнул он и умудрился лягнуть пшеничноволосого заклинателя, одновременно отшатываясь прочь.

— Что такое? — невозмутимо уточнил тот, поднимаясь и отряхивая одежду. — Всего лишь проверяю рефлексы. А то ты казался деревцем.