Книга Лимбус. Том 2, страница 89 – Эон Линь

— Значит, хвост тебя удивил, а бусы из жемчуга на голом торсе – нет? – потрясенно сказал я, не понимая восторга от русалочьего хвоста. Жнец явно был здесь частым гостем, а тритонов и русалок в Лунном городе хватало. Может быть, существовал какой-то запрет на столь бесцеремонное ощупывание плавников? Тем не менее Шеол вел себя странно, продолжая увлеченно рассматривать мой хвост, будто он никогда прежде такого не видел.

Решив, что лучше не углубляться в причину такого поведения жнеца, я снял с себя кулон с водяным шаром и протянул ему.

— Рыбина сказал передать это тебе. Под водой настоящий лабиринт из руин.

Шеол неохотно отпустил мой хвост и взял цепочку, а затем удивленно переспросил:

— Рыбина? Ты назвал Повелителя тритонов рыбой?

— Не креветкой же. Огромная самодовольная рыбина, – упрямо повторил я, предпочитая не уточнять, что не особо разбирался в семействе рыб и назвал первую, возникшую в голове. – По-моему, очень похоже.

Шеол рассмеялся так заразительно и звонко, что его смех эхом отразился от стен грота. Успокоившись, он высвободил из кулона шарик и, подбросив его, ловко поймал ртом. Меня передернуло от воспоминаний о превращении в тритона, но со стороны все выглядело не так ужасающе. Облако из мельчайших водяных капель обволокло жнеца, скрывая от посторонних глаз. А через мгновение передо мной оказался тритон с хвостом глубокого фиолетового цвета. Чешуйки, переливающиеся и блестящие, напоминали ограненные аметисты, светившиеся изнутри.

В отместку за неожиданную пытку моего хвоста я схватил Шеола за плавник и потянул за собой. Оказавшись под водой, мы на мгновение встретились «взглядами», пытаясь сдержать смех, но тут же окружившие нас пузыри выдали беззвучное веселье. Они поднимались на поверхность и исчезали с тихим хлопком. Внутри разливалось приятное спокойствие от уверенности в своем выборе. Все же Шеол должен будет понять мои стремления помочь и перенять часть тяжелого груза, который он нес в одиночку тысячу лет.

Как только наши хвосты коснулись наземных руин Лунного города, магия «дыхания тритона» развеялась, возвращая нам привычные человеческие ноги. Кроме Лис, генерала и Янь Шэнли, угрюмо сидевшего у трона Шуй Сяолуна и жующего виноград, здесь находился еще один необычный юноша. Его длинные волнистые волосы, собранные в хвост, цветом немного напоминали мех лисы, а блеск алых глаз не оставлял сомнений: он прибыл из Хэйдереса. Однако его внешний вид не вписывался в привычное представление о демонах: элегантный наряд с тонкой цветочной вышивкой, строгость в каждой детали и утонченные манеры выдавали в нем скорее аристократа, чем порождение тьмы.

В воздухе между всеми повисло напряжение, тяжелое, как приближающаяся буря.

Шеол протянул мне руку, чтобы помочь взобраться на островок с руинами, но едва я успел потянуться к ней, как стайка девушек налетела на нас и столкнула меня обратно в воду.

— Шуйши^[103] вернулся.

— Шуйши, расскажи сестренке новое стихотворение.

— Нет, Шуйши обещал рассказать его мне.

— Шуйши!

— Шуйши!

Голоса звенели один за другим. Они кричали наперебой, словно чайки, завидев добычу: «Дай! Дай! Дай!» И облепили Шеола не хуже той пиявки-переростка, только вместо присосок использовали свои проворные руки.