Книга Лимбус. Том 2, страница 120 – Эон Линь

— Ваша проблема в том, что вы всем сердцем хотите обвинить меня, мой принц.

От прозвучавшего его голосом обращения «мой принц» меня передернуло.

— А разве это не так?

Ахимот подошел к столу, на котором стояли несколько бутылок вина. Взяв одну из них, он вытащил пробку зубами и, выплюнув ее в сторону, сел рядом со мной.

— Не желаешь выпить, перед тем как мы продолжим? – Владыка протянул бутылку мне.

Я покачал головой, наблюдая, как он сам делает несколько больших глотков прямо из горла. Его лицо выглядело осунувшимся, а глубокие тени залегли под глазами.

— Энделлион предал меня, воспользовавшись моей добротой.

Теперь я не удержался и разразился хохотом.

— Король Экнора воспользовался добротой Владыки Тьмы? Вы ничего не перепутали?

Но в голове уже гулко звучали слова Шеола: «Ахимот не нарушал договор», а воспоминания о разрушенном алтаре всплывали одно за другим. Тогда у меня не было возможности как следует обдумать все, что я увидел, но сейчас интерес к рассказу Владыки заставил сосредоточиться и слушать его еще внимательнее.

— Ты знаешь, что Энделлион обещал мне свою душу в обмен на изменение судьбы? Он стоял передо мной на коленях, умоляя и предлагая все, что только имел. Эндел прекрасно понимал, к кому обратиться. Небожители никогда не станут потакать таким просьбам. Сумеречная война началась вовсе не из-за моего нападения на Экнориан, а из-за того, что мы с Ли Цзиньлуном не смогли поделить душу одного лживого человечишки. Во всей этой истории мне искренне жаль лишь глупца Юань Фэня. Он всей душой доверял Энделлиону и тысячу лет винил себя в произошедшем, пытаясь найти способ все исправить.

— Зачем Энделлиону менять свою судьбу? Это же бессмысленно.

— Ты знаешь, что происходит с теми, кого отметил ваш Дух Земли? С правителями, продляющими договор? Хотя о чем я… Спорю на свой пропуск, что о паладинах ты тоже услышал совсем недавно. Бесплотные города питаются душами, как Лимбус. В день продления договора три правителя отдают часть своих сил ради поддержания равновесия. Я, Цзиньлун и король Экнориана, мы делились маной, а ваш правитель оставлял душу. Эндел сначала был готов на благородную жертву – он ведь «идеальный король». Однако что-то в нем пошатнуло уверенность. Жажда жизни поборола долг и здравый смысл. А кого легче всего попросить о помощи? Гордых небожителей или демона, понимающего низменные желания людей?

— Он мог рассказать Шеолу, – неуверенно проговорил я, вспоминая доверительные отношения между ними.

Ахимот бросил на меня снисходительный взгляд, затем устало покачал головой, словно ему приходилось объяснять самые примитивные истины.

— А если он не мог обратиться к нему? Не захотел упасть так низко в глазах несравненного Повелителя Тысячи Вод? Представь, что на его месте был бы ты. Позволил бы себе обнажить перед Юань Фэнем свои постыдные желания и страхи, не боясь потерять уважение того, кого почитал?

— Думаю, в этом нет ничего страшного, – пожал я плечами. – Если ты действительно почитаешь кого-то, значит, веришь, что он не станет презирать тебя за ошибки.

— Ты интересный собеседник, мой принц. Признаюсь, разговор с тобой мне приятен. – Ахимот встряхнул бутылку и, удостоверившись, что в ней не осталось ни капли вина, поставил ее на пол. – Мы заключили сделку с Энделом. Он знал условия и согласился на них. Плата – его душа. После смерти она должна принадлежать моему клинку Абиссхе. В последний момент он решил одуматься и отдать душу Лимбусу, как и полагается королю. Абиссхе же не терпит обмана. Все бы закончилось быстро и без жертв, если бы я забрал его душу. Но Эндел решил проявить благородство еще раз и отдать свою жизнь вместе с душой мечу. Это нарушило баланс, и город пал. Ошибка Эндела стала началом проклятия, что легло на всех его потомков. А Юань Фэня сделали удобной мишенью для обвинений.