Онлайн книга «Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы»
|
Лиомелина рассеянно хлопнула ресницами. — Побег состоится сегодня? Ксардия собралась вылезти через окно? В этом есть смысл… Дверь можно запереть, а окно снаружи – нет. По крайней мере, в нормальных домах. — Завтра, сегодня Ксардия ещё не готова, – признался Ларентин. – Но она успеет. Она усыпила бдительность родителей, сделала вид, что готова согласиться на брак… — И родители ничего не заподозрили? — Она умеет манипулировать, – улыбнулся Ларентин. – Она продолжает сопротивляться, и активно, но так… так, чтобы родителям казалось, что делает она это исключительно порядка ради… чтобы они подумали, что Ксардия готова согласиться, но ещё не готова это признать… — Очень тонкий момент… – заметила Лиомелина. Хватит ли у Ксардии таланта и силы воли, чтобы сыграть правдоподобно? Сможет ли она так хорошо притвориться, что родители поверят ей? Они ведь должны знать свою дочь, как облупленную! Глупо всё это, глупо! Если Ксардия могла сейчас спокойно говорить с Ларентином, значит, могла бы вылезти через окно и сбежать! Зачем ждать следующей ночи? Зачем всё делать в последний момент? А если Петеннар вдруг решит приехать раньше, а если родители раскрыли её игру и соврали о том, когда прибудет граф? Наверное, Ксардия не хотела расставаться с родителями… Ведь те её, кажется, любили – по крайней мере, они так считали. Риббос Ваэрдэтси обрёк дочь на страдания, но сам-то он полагает, что страдания эти через несколько лет окупятся. Ксардия станет богатой, а затем и Петеннар помрёт… Только вот старый развратник способен сделать Ксардию несчастной на всю жизнь! Лучше достичь меньшего счастья без страданий, чем мучиться ради большего. Или нет? Конечно, те, кто промучились уже, оглядываясь назад, скажут: «Это определённо стоило того!». Но в них заговорит не адекватная и беспристрастная оценка жизни, а желание придать своим страданиям какой-то смысл… Это желание испокон веков владело человечеством. — Вам стоило убедить её бежать прямо сейчас, – наконец высказалась Лиомелина. Собеседник скривился и, отвернувшись, помотал головой. — Вы бы сами попробовали её в чём-то убедить! Она упряма, как вы сами, если не больше! – раздражённо всплеснул руками Ларентин. – Мне это в ней и нравится, но сейчас дело в другом… В любом случае, Петеннар приезжает не завтра. Возможно, он даже, в итоге, и задержится. Он постучал кулаком себя по лбу. — А потом что? Куда вы поедете, где будете жить? – спросила Лиомелина. — Прошу прощения, но вы чересчур… – Ларентин путался в словах. Кажется, Лиомелина зашла слишком далеко со своими советами. «Стоило бы убедить…» Верлен Ларентин наверняка обиделся и считает её болтуньей, которая только и советует остальным, а сама бездействует… — Нет-нет, это вы извините меня, – прервала его Лиомелина. – Не следовало мне обвинять вас в том, что вы недостаточно стараетесь. Я вижу, вы любите Ксардию. Даже извинения её прозвучали немного высокомерно… — Я не в обиде… – сказал Ларентин, но Лиомелина ему не поверила. – Нам осталось только ждать, уважаемая… Я, повторюсь, благодарен вам за попытку помочь… Он так и не стал отвечать, куда поедет жить с Ксардией. Наверное, в Сибсиорию… Или он ещё не придумал, или с Ксардией не договорился… Лиомелина решила, что уточнит потом, когда всё закончится. |