Книга Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы, страница 140 – Святослав Макаревский

— Более всего я боюсь, что он убьёт себя, – добавила сестра мужа.

— Не бойся. Если он любит тебя, он не станет совершать то, что заставит тебя чувствовать виноватой… – попытался утешить сестру Энаццо.

2625 год, 9-ое число Месяца Цветов.

Вигион, столица королевства Верхний Кювэр и объединённого королевства Лар-Кювэр.

Иветт Вантар

Тусклый свет заходящего солнца едва пробивался сквозь густые кроны старых дубов, отбрасывая узорчатые тени на поверхность заросшего пруда. Листья уже появились, и в зарослях скрыться было несложно. Вирадо наверняка не случайно выбрал именно это место встречи – парк у одного из загородных дворцов, где жил принц Аньен Анхен. Парк этот граничил с диким лесом, и потому попасть туда было несложно. Конечно, Охотники собирались подальше от широких тропинок, дворцового здания и караульных.

Подобрав юбку, Иветт протиснулась сквозь заросли. Артис Вирадо, глава их ячейки, сидел на поваленном дереве, закуривая папиросу. Вокруг него собрались ещё пять человек – все члены ячейки.

Иветт уселась, пригладив юбку. Нерард повернулся к ней и, присвистнув, улыбнулся. Она сделала вид, что не заметила. Этот молодой человек её раздражал своими приставаниями и сам в принципе не нравился. Однако, он был известен своей смелостью и лихостью… Когда-то Нерард служил в полку в Гриджоне – изгнали его за нападение на избивавшего солдат подполковника.

У Иветт уже был молодой человек, Корнив Лакберт. Она его выбрала не за внешность или личные качества, а за знания, которыми он согласился с ней делиться, как и за то, что он был совершенно неподозрителен. Уроженец горного Беллуно, интересующийся взрывными работами: ничего удивительного.

Разумеется, о своей деятельности Иветт ему не рассказывала. Даже намёков не давала, ведь он может очутиться в полиции.

— Иветт, бомбы готовы? – полусонным голосом поинтересовался Вирадо.

— Готовы, – она сглотнула и отрешилась от всех эмоций. – Я могу бросить сама. Они привыкли, что женщины безобидны. Меня никто подозревать не будет…

— Но ты можешь погибнуть или тебя могут поймать, а нам нужен человек, способный обращаться с нитроглицерином, – осадил её Вирадо. – Нет-нет, на задание пойдут другие.

Да, единственная…

— Вы тоже подвержены стереотипам, – Иветт не удержалась и скривилась. – Вы считаете, я не справлюсь, потому что я женщина!

— Ты и без этого постоянно рискуешь собой, когда готовишь эти бомбы, – примирительно поднял ладони Вирадо. – Всё, решено. Помни о Кодексе Охотника. Каждый революционер должен в себе и в других, прежде всего, видеть революционный капитал. А капитал нужно применить так, чтобы извлечь наибольшую прибыль!

Иветт, прикусив язык, кивнула. Вирадо был абсолютно прав. Тем не менее, полностью отрешиться от эмоций никто не был способен…

— Ты очень важный капитал. Даже если вся наша ячейка будет разгромлена, ты принесёшь пользу в другой ячейке.

Как и предписывали правила Кодекса Охотников, вся революционная боевая организация была поделена на ячейки в пять-шесть человек. Иветт была знакома только с членами своей ячейки. Вирадо, как глава, знал ещё и руководителя всех Охотников – при этом самому руководителю о том, кто состоит в ячейке, было неизвестно. Отличная схема, обеспечивающая конспирацию.

— Послезавтра, как обычно, наследник отправится в Пажеский корпус, – говорил Вирадо. – Скорее всего, его путь будет пролегать от вокзала до, собственно, здания корпуса. И мы точно не знаем, каким маршрутом они проследуют.