Книга Лордария – Королевство восьми островов, страница 27 – Филипп Краснов

— Вы что желаете скорейшего рандеву со смертью? Вы хоть знаете, куда вы вломились?!

Наконец, продавив привратника, перед принцем возник среднего роста усач, через половину лица которого проходил уродливый шрам. Быстрым взглядом, окинув его броню, и не заметив на груди эмблемы, Флориан не преминул ехидно указать на это:

— Сняв свой герб, ты не скроешься от моего гнева. – Сжав руки в кулак, так что на лбу вздулась вена, принц сделал шаг в сторону воина со шрамом и буквально проорал ему в лицо: – Немедленно на колени перед своим повелителем, пока я не приказал выпустить вам всем кишки и не повесить вас за них на пиках дворца!

Угроза не подействовала, от этого Флориан впал в ещё большую ярость. Резко взмахнув рукой, он уже готов был впечатать кулак в спокойное лицо своего оппонента, но тот опередил его движение, перехватил руку принца, молниеносным движением заломил её за спину, и сильным ударом ногой под колено, повалил его на красивый, вышитый различными тематическими узорами, ковёр.

Вся эта процедура заняла меньше минуты и Флориан не успел даже опомниться, как ему на руки надели кандалы, а на голову натянули какой-то пыльный, воняющий дерьмом мешок. Резкий запах пробудил его инстинкт самосохранения – он начал громко кричать и пытаться оттолкнуть своих похитителей, мозг же принца в это время лихорадочно пытался определить, что же происходит. Но времени ему не дали, сильный, словно молотом, удар, закованным в латы кулаком, прямо промеж глаз, заставил Флориана выйти из борьбы побеждённым. В глазах потемнело, в желудок ворвалась тошнота, а затем он потерял сознание.

* * *

Первым что он почувствовал, когда открыл глаза, была резкая боль в том месте, куда ему нанесли удар. Сбитый с толку, Флориан, игнорируя боль, попытался подняться, но едва сделав движение вверх, его голова чуть не взорвалась праздничным фейерверком. Застонав, он опустился на пол, почувствовав оголённой спиной стальной холод камня.

Опустив голову вниз, принц осмотрел себя с ног до головы – из одежды на нём были только его штаны, похитители или кто они там были, дааринг их побери, не удосужились дать ему даже какой-нибудь вшивой рубахи. Осознание этого заставило Флориана впервые за всю его жизнь по-настоящему испугаться, ведь если его бросили куда-то в таком виде, значит тех, кто это сделал, не сильно заботит его здоровье и безопасность, а это уже наводило на мысли о том, что кто-то хочет от него избавиться. Но кто? Принц не мог дать ответ на этот вопрос. Вместо этого он, решив навести порядок в своей сотрясённой голове, закрыл глаза.

Постепенно ему удалось более-менее прийти в себя, и, сумев, наконец, подняться с каменного пола, Флориана смог осмотреться.

Вокруг было темно как в склепе, и лишь в одном месте, в маленьком окошке, небрежно вырезанном в деревянной двери, виднелся отблеск горящего снаружи факела.

Медленно, боясь снова вызвать болезненные ощущения излишним резким движением, принц проковылял к двери и выглянул наружу. При ближайшем рассмотрении оказалось, что в окошко была вставлена небольшая решётка, которая судя по всему, могла открываться с другой стороны. Это наблюдение, и увиденный за дверью тёмный коридор, едва освещаемый светом нескольких старых факелов, помогли испуганному, и забившемуся глубоко в недра его головы, разуму сделать предположение – он находился в энмарисской тюрьме.