Книга Книга пара, страница 45 – Сергей Калугин

Пробираясь по развалинам города, мы обсуждали со Шмелёвым, что могло разрушить такой город, выдвигали свои предположения, почему все развалины сохранились в идеальном состоянии, выдвигали теории о древней цивилизации. В общем, мне уже было не одиноко, и дорога казалась менее опасной, и страх неизведанного не тяготил как раньше. После шести часов пути доктор объявил привал. Заранее собранный по дороге материал, который можно было использовать в качестве топлива для костра, Шмелёв разложил, поджёг и приступил к готовке остатков ночной добычи. Я, отойдя немного в сторону, решил уделить немного времени своему питомцу. Рядом со мной, в метрах десяти, приземлилась на камень большая птица, или птеродактиль, или насекомое. У этого летающего конструктора из разных наборов была голова и тело птицы, крылья, как у динозавра, но в количестве четырех, как у стрекозы. Размером она была где-то около метра, и смотрела на меня достаточно голодным взглядом. Не успев разглядеть эту крылатую хрень, я услышал свистящий звук и удар. За спиной у меня стоял Шмелёв, размахивая в руке самодельной пращой.

— О, вот и ужин! – сказал Шмелёв и пошёл добивать и разделывать свой новый трофей.

Напоив геккона маслом и водой, я спрятал его обратно в домик, побоявшись, что Шмелёв откроет охоту и на него. Спустя некоторое время мы были уже в пути. Я старался забраться на каждую высокую точку, попадавшуюся на пути, чтобы можно было сориентироваться в правильности направления. Также я наблюдал, как далеко от нас летают мусорщики, и насколько далеко мы уже удалились от холма, где живёт охотник. Но до наступления темноты мы не успевали добраться до нужного нам места, а Шмелёв всё чаще бормотал, что нам нужно найти укрытие. Но тут мы остановились.

Перед нами был большой железный шар, с открытым люком наверху. Шар был диаметром пять или шесть метров, и спрятаться в нем было бы неплохим вариантом. Он был похож на водонапорный бак для воды, которые ставят на высоких вышках. Оставался один вопрос, как туда попасть? Шмелёв начал искать что-то похожее на лестницу или верёвку, которую можно было зацепить и опрокинуть бак. Моя же идея оказалась куда проще и эффективней. Найдя поблизости обломок увесистого и длинного куска трубы, я начал выбивать им камни из-под основания шара. Спустя полчаса танцев с бубном шар покачнулся, немного покатился и, оперевшись на основание люка, остановился как вкопанный. Шмелёв, взяв свой топор и достав из сумки лампу, полез внутрь – как он сказал, проверить обстановку. Через минуту он вылез со словами, что там всё идеально, схватил свою сумку и снова забрался внутрь, позвав меня за собой. Забравшись, я увидел, что доктор уже приготовил лежбище, закрепив в изголовье фонарь, а сам сидел, нанизывая на железный пруток куски чудо-птицы. Выбираясь из шара, он сказал, что я могу поспать, а через часов пять будет моя очередь дежурить.

Разбудив меня, как и обещал, через пять часов, Шмелёв протянул мне большой кусок мяса и срез какого-то растения оранжевого цвета, похожего на бамбук. В нем была вода. Доктор сказал, что эти растения накапливают в себе воду, и она в них чистая, как после угольного фильтра. Никогда бы не подумал про Шмелёва, что он так умеет выживать в экстремальных условиях. Когда он работает в лаборатории, это самый спокойный и уравновешенный человек, которому всегда есть что сказать, а здесь – это худощавый возрастной «Рембо». Видимо каждый раз, когда Шмелёв уходил в отпуск и уезжал на охоту в Сибирь, ружьё он с собой не брал, а добывал медведей голыми руками. Закрыв люк, доктор уснул, а я уселся рядом с лампой заряжать телефон.