Книга Проклятье Первородных, страница 114 – Мари Браулер

Клеон тем более в такое никогда бы не поверил. Подавляя всю жизнь свою иррациональную природу, он искал строго научные объяснения всему. Никогда он не подумал, что находится в другом измерении. Не земном.

— Так, допустим, я не помню, как здесь оказался…, — Клеон говорил тихо сам себе, чтобы слышать хоть что-то.

Рядом со стометровыми базальтовыми блоками звуков не было никаких.

— Как в прошлый раз…, — пробормотал Клеон, помня только фрагменты своего похода к такому же кругу черных скал в первый раз. — Наверное горный воздух отравлен испарениями, влияет на память.

Чтобы отвлечься от навязчивых образов, Клеон достал телефон и включил запись. Он решил запечатлеть все, что сможет, чтобы потом внимательно все изучить и возможно найти нужные объяснения. Хотя, скорее всего, он включил телефон, чтобы хоть как-то отвлечь мозг от дикого напряжения.

— Тишина неестественная, — Клеон медленно проводил рукой по поверхности скалы, затем отошел и поднял камеру вверх, чтобы заснять стену.

Ничего не помогло. Ни навороченный телефон с самой сильной камерой, ни настрой только на научное мышление. Ничего не смогло остановить рвущееся восприятие реальности, когда черные громадные стены медленно наклонились назад, затем вперед. Клеон почувствовал, как несколько тысяч острых осколков впились глубоко в мозг, разрывая нейронные связи и наполняя сознание хаосом.

Скалы не казались ни горами, ни вулканами. Гораздо больше ровный круг черных зеркальных стен напоминал гигантский город, построенный по законам неведомой человечеству архитектуры. Город, в котором пропорции темных как ночь, конструкций явно свидетельствовали о чудовищном надругательстве над основами земной геометрии. Город с неизвестными обитателями.

Клеон резко наклонился, чтобы хоть как-то унять дикую головную боль. Нечеловеческое построение космического пространства.

Да что же это такое? Клеон, сжавшись от дикого страха, наблюдал бешеное движение черных вытянутых сфероидальных пузырьков и многогранников разных извращенных форм. Тысячи разнородных фигур, каждая из которых бросала вызов земной геометрии, быстро перемещались внутри блоков.

— Не может такого быть, — прошептал Клеон, не в силах справиться с нарастающим паническим ужасом, — этого просто не может быть.

Движение тысяч фигур сопровождалось ежесекундным разрыванием черных вытянутых пузырьков, наполненных густой черной жижей. В результате подобного движения двигались углы. Он снова четко видел треугольники из трех острых углов и вывернутые наоборот параллелепипеды. Он не мог даже определить фигуры, которые мелькали как в сломавшемся калейдоскопе на дикой скорости. Чудовищное надругательство над основами геометрии.

Однако каким-то сохранившимся участком мозга Клеон понял суть дьявольского вращения. Стены не были сплошными.

— Вот как они попадают внутрь, — проговорил Клеон, и больше ничего не успел сказать так как в следующую секунду стоял по другую сторону стен.

Он понимал, что телепортация — тоже фантастика, но здесь было даже не это. Перемещение внутрь круга выворачивало тело вместе с костями наизнанку. Словно подобный способ движения предназначался не человеку, но другим сущностям, для которых бешеное движение было нормой.

Клеон снова пытался выдохнуть и справиться с неописуемой болью во всем теле, как будто одновременно сломались все кости.