Книга Во главе закона, страница 125 – Лия Арден

Вега ненадолго умолкла, чтобы впервые за годы более детально воспроизвести в памяти произошедшее дальше.

— Они потребовали от меня ответов, записи рецептов, но я отказалась их давать, и тогда они прострелили Тианне ногу, а потом нашли запасы инъекций. Они продолжали задавать вопросы и на каждый мой отказ вкалывали ей что под руку попадалось. В лаборатории не было никаких смертельных вирусов, но все имевшиеся препараты находились на стадии разработок, непроверенные на живых организмах, тем более в той смеси. Они задали мне семь вопросов.

— И на каждый вкололи по одному шприцу? – догадался Элион, когда Вега замолчала.

Она кивнула:

— Она… была моей… единственной подругой, а я выбрала разработки Маттео. Притом основная часть из них в будущем привела к тупику. То есть я променяла её жизнь на секреты, которые оказались пустышками и не имели никакой важности. – С губ вновь сорвался презрительный смешок. Теперь, когда она это сказала, звучало ещё дерьмовее. Она видела, как Элион относится к Иво, Кассии и Каю. Они защищают и поддерживают друг друга, словно единое целое. Вега слышала о них достаточно, чтобы осознать, насколько дружба важна для Элиона, а она единственной подруге не сумела помочь, поставив работу Маттео выше её жизни.

— Ты испугалась, это нормально. – Утешение Элиона и ласка в его голосе причиняли боль, которую Вега жадно впитывала, зная, что заслужила худшего. Она убила собственных приёмных родителей, жестоко зарезала два десятка палагейцев, которые заботились о ней с детства. Она недостойна даже возможности дышать, не то что слов утешения.

— Нет, я не испугалась, – глухо ответила Вега. – Я выбрала Маттео. Не его самого, но его работу. Я просто выбрала… его.

Элион промолчал, сжав губы. Она заметила перемену в его настроении, пусть он и пытался не подавать виду.

— Хорошо. Но Маттео же обследовал Тианну после этого? Что он сказал?

— Сумел нейтрализовать часть воздействия, но смесь инъекций с кровью Дома Соблазна и Дома Кошмаров дала худший результат, буквально перемешав химические реакции у неё в голове. Нейромедиаторы, помогающие «общению» нейронов, под влиянием химических инъекций оказались искусственно изменены. Серотонинергическая, дофаминовая и норадренергическая системы подверглись самым сильным изменениям. Ещё Маттео заметил нарушения в префронтальной коре, миндалевидном теле мозга и поясной извилине, которая отвечает за когнитивную функцию.

Вега поймала растерянный взгляд Элиона, намекавший, что понял он дай боги половину. Вега не могла его винить, она сама не до конца разобралась.

— Иногда она переставала быть собой, стала эмоционально нестабильной. Участились приступы агрессии, ненависти, истерик. Сны стали её кошмарами, а единственный покой и радость она испытывала только под инъекциями сыворотки из крови представителей Дома Соблазна. Препарат, который кто-то мог применять для возбуждения, для Тианны как успокоительное.

— Но это стимулятор?

— Да. Именно поэтому Маттео решил, что она безнадёжна. Под моим давлением он потратил на неё почти год, пытаясь найти решение и хоть как-то восстановить работу мозга, но лучшее, что удалось, – это немного её стабилизировать: Маттео высчитал объёмы препаратов, на которые она вынужденно подсела, необходимые, чтобы она могла адекватно мыслить.