Книга Кукла, страница 52 – Юлия Эллисон

— Твоя семья была бедной? — не выдержала я пустого молчания, сидя на кровати и глядя на наслаждающегося едой парня. Тем более он уже почти доел.

— Она и сейчас бедная, — сказал он так, словно это больше ничего для него не значит. Только вот благодаря артефакту я уже чувствовала его глухую боль по этому поводу. А еще тоску.

— Ты хоть когда-нибудь, до этого момента, ел мясо?

Алекс поморщился, словно вспоминать этот период своей жизни ему было неприятно.

— Ел, когда его приносил брат.

— Тот, который воровал? — предположила я, заинтересованно подаваясь чуть вперед.

— Да, — печально ответил тот, сам уже понимая, что артефакт не даст ему ни смолчать, ни исказить правду.

— Почему он воровал?

— Мать была беременная, а отец уже в который раз проигрался. Только вот в этот раз помимо собственной зарплаты он проиграл вообще все наши сбережения. Я тогда устроился на две работы, но несовершеннолетним людям платят за их труд очень мало, на еду не хватало. Брата бы и вовсе никуда не взяли из-за его возраста… Я пытался объяснить ему, что воровство — это не выход, но он уже почувствовал сладость денег в руках. Надеюсь, после случившегося он все же завяжет с этим промыслом и проживет достойную жизнь, — печально и совершенно искренне рассказал он о своей жизни до окукливания. Мне даже невольно стало жаль его семью.

— Это вряд ли. Статистика показывает, что девяносто процентов воров продолжают свой промысел.

— Я в любом случае этого уже не узнаю, — пожал плечами кукла, прикрыв глаза на мгновение. Его эмоции затопила беспросветная тоска по дому.

— Что, даже не хочешь попросить меня о встрече с ними? — невольно поразилась его уверенности в моей непрошибаемости. Да, я не подарок, но и не изверг же! Тем более законодательством нашей империи такое вполне разрешено и практикуется.

— Нет. Не хочу, — помотал он головой, словно чего-то испугавшись. Чего это он опять? — Вы огласите список правил? — перевел он тему.

— Хорошо, — поддалась на эту смену. Все же я хочу провести вечер в приятной атмосфере, а не тосковать по несбыточному вместе с ним. Тем более, пока он ел, я уже успела продумать, что ему ответить на это.

— Нельзя разговаривать с чужими людьми, магами и куклами без моего на то разрешения, пускать незнакомых личностей в комнату или дом, выполнять их приказы и прочее без моего прямого одобрения, кем бы они ни были. Хоть сам император! Нельзя открывать эту коробку без моего прямого приказа, — ткнула пальцем в сторону тумбочки, — нельзя словом или делом подставлять меня. Как бы мы с тобой ни общались наедине, выход в свет — это другое, надеюсь, ты это понимаешь.

— Да, понимаю, — серьезно кивнул Алекс, внимательно слушая мои запреты.

— Ты обязан всегда быть готовым к использованию, следить за собственной гигиеной, всегда быть чистым. Обязан следить за порядком в том месте, где мы живем сейчас или будем жить в будущем. Обязан выполнять любые мои приказы по первому требованию и без разговоров и возмущений. Если ты не можешь выполнить какой-либо приказ по объективным причинам, никак не зависящим от тебя, я хочу услышать эти причины полно и четко. Обязанности понятны?

— Да, все понятно.

Так, теперь самое сложное — обозначить его рамки поведения со мной.

— Что касается твоих правил поведения, когда мы остаемся одни… просто веди себя вежливо. Никаких особенных ограничений я не требую. Можешь брать мои вещи, читать книги и все такое прочее. Но от моего письменного стола все же держись подальше.