Книга Кукла, страница 116 – Юлия Эллисон

Темп её движений нарастал, чувство моей вины и раскаяние тоже. Из глаз полились слезы. Какой я слабак, даже самому себе не смог вовремя признаться, что мне понравилась эта девушка и я готов ей довериться. Посчитал все преждевременным, постарался отгородиться от неё, убежал, как дурак, с братом, пытаясь доказать себе, что она такая же, как остальные, и устроит мне разнос с последствиями за эту встречу. А она не устроила, слова даже не сказала. Просто выпорола и смотрит холодно и равнодушно. Что я доказал ей и себе этим поступком? Только испортил все!

Сам насадился на член, ощущая в этом острую потребность. Ну же, Лори! Выпори от души, оттрахай меня, унизь, но прости! Прости дурака! Снова насадился. Давай, Лори, сильнее! Покажи мне, как я не прав, покажи, что я дурак! Я согласен! Еще движение. Тебе ведь нравится такое, Лори! Я сделаю это, я научусь любить такие игры! И снова навстречу. Только не бросай! Только не отворачивайся от меня! Только не равнодушие! Покажи мне, что я не потеряю тебя! Я так много потерял в этой жизни, я не хочу терять ещё больше! Я хочу с тобой — движение, хочу рядом — движение, хочу вместе — движение! Давай, Лори!

Комнату огласил протяжный стон моей любимой хозяйки. Она кончила. Да, Лори! Ты умница! Вот видишь, я умею быть таким, каким ты хочешь! Я научусь играть в такие игры ради тебя! Ну же, погладь меня, как ты всегда это делаешь после оргазма, скажи, какой я хороший, спроси, как я себя чувствую. Ты всегда так делаешь. Мне сейчас так этого не хватает! Лори!

Но нет.

Уткнулся мокрым от слез лицом в подушку. Она лишь молча скатилась с меня и удовлетворенно выдохнула, совершенно не заботясь о моих эмоциях. И тогда я понял горькую правду. Ей все равно, что я чувствую.

Ей все равно. И мне не показалось. Она все уже для себя решила. Я ей не нужен. Неприятен. Я предал её, кинул в лицо её заботу, доброе отношение и чувства, когда ушел с братом. На этом все. Все хорошее окончено. Мне остается только лежать здесь и последние минуты наслаждаться её присутствием. Это было прощание.

Не хочу этого видеть. Не хочу этого слышать.

Еще сильнее вжался в подушку, стараясь отрешиться от происходящего, но не смог сдержать жалкие всхлипы. Никогда больше её не увижу, никогда не буду с ней… Я был почти готов умолять её отдать меня хотя бы мачехе, чтобы видеть её хоть в краткие визиты домой, если они когда-нибудь будут! Готов был упрашивать отдать тем страшным девицам из академии, чтобы еще хотя бы год быть рядом… а там будь что будет… Мне уже все равно, что будет дальше.

Снова всхлипнул, ощутив её пальцы на своих волосах. Давай, Алекс, сыграй свою последнюю роль в этой жизни. Поднял голову, стараясь не показать ей обуревающих меня эмоций, в самой глубине души все же надеясь, что это все не взаправду. Но… снова обманулся. Она отскочила от меня, как от прокаженного, и начала быстро одеваться. В последний раз с упоением запоминал изгибы её фигуры, понимая, что на этом все. Точка.

Дверь её комнаты хлопнула. И я снова остался один. Один среди враждебного мира и без какой-либо надежды на будущее.

Снова уткнулся лицом в подушку, стараясь не заорать в голос. Так мне и надо…

Я бежала прочь из дома, стараясь ни о чем не думать и просто переставлять ноги. Это все слишком! Эти чувства, эти эмоции… откуда они у меня взялись? И к кому? К бесправной, не смеющей даже перечить мне кукле? К преступнику? Нет! Нет и еще раз нет! Как я докатилось до такого?