Книга Сто мелодий из бутылки, страница 64 – Сания Шавалиева

Дядя Гена ждал продолжения.

— Что дальше?

— Он, кажется, пошёл в ту сторону, – махнула она на дерево с отвислыми ветвями.

— Ты уверена?

— Ну…

— Понятно.

Дядя Гена уверенно пошёл по дороге, Ася немного растерялась, все хотела что-то важное сказать, но все мысли вылетели. Вот уже и догнала, и шли рядом, и он что-то быстро говорил, а она никак не понимала.

— Смотри. Береги себя. Ася, ну что ты? Тепло сегодня. Горько расставаться. Глупая ты.

И тут Асю зло взяло. Спросила прямо, словно кулаком в лоб заехала:

— Дядь Гена, а за что тебя посадили?

Дядя помолчал несколько секунд, прислушиваясь к щебету птиц. Когда кругом стихло, начал говорить.

— Официальное обвинение – незаконное обогащение, а по сути я перешёл дорогу большому человеку. Он насмерть сбил пешехода, потребовал, чтобы я машину отремонтировал и промолчал. Струхнул я тогда. Кровь на стекле, кровь на разбитой фаре, в багажнике. Этот урод тело вывез в пустыню, в песке закопал и для меня рядом место застолбил, показал, где буду лежать в безвестности. Заплатил хорошо. Бригада осталась довольна. Все бы ничего, но стал я этому самому человеку как кость в горле – как меня увидит, так и настроением падает. А тут ещё кто-то из бригады капнул в милицию. Вот и стали вокруг меня мусор подметать в уголовное дело. Атам! Короче, крутился я, вертелся и всё равно загремел. Всё мне припомнили, заслуги переквалифицировали в нарушения, белое перекрасили в чёрное.

Дорога резко закончилась у баннера с фотографиями пожарных машин. Впереди за ним оказалась непроходимая лесная чаща. К небу пучками тянулись деревья, их обнимали облака. Дальше – пятна зелени, высокая труба с ярким факелом. Слева, на другом берегу Косьвы, – неровная лента горнолыжного спуска в сопровождении стоек подъёмника.

— Всё, тупик! – заявил дядя Гена.

И внезапно за кустами раздался голос:

— Да, да… немного проехали дальше… доехала… Светка просила яблоки… не потащу…

Дядя Гена с Асей застыли в надежде. Они ждали, когда хозяйка голоса появится на тропинке, которая петляла между кустами, пряталась в траве.

— Ладно, – с кем-то согласилась женщина и наконец-то появилась.

Она посмотрела устало, без эмоций, только дрогнули уголками вниз губы. Крепче прижав к груди полуторалитровую бутылку кваса, она прошла мимо. Ася внимательно смотрела на уходящую спину, на волосы, крашенные хной, на штаны с яркими красными цветами, рубашку в бело-чёрную клетку с вкраплениями алых кубиков. На левом её плече висела коричневая дамская сумка из дерматина, в правой руке был небольшой тканевый пакет, забитый доверху.

— Вам помочь? – проявил галантность дядя Гена.

— Не надо, – ответила спина.

Дядя Гена забежал вперёд.

— Здравствуйте.

— Ага, – кивнула женщина.

— Хорошая погода.

— Жарко. Хорошо, – от каждого её шага поднималась пыль.

— Простите, – встряла Ася, – Мы путешественники, ну не совсем путешественники, это я неправильно сказала. Точнее, я здесь в детстве жила, вот приехали, а здесь никого нет. А вы можете нам что-нибудь рассказать?

Женщина остановилась, словно задумалась, верить или не верить.

— Мы ищем барак на улице Герцена, – ухватилась за паузу Ася. – Название улицы помню, а номер дома – нет.

— Их всего два и было. Я жила в тридцать втором, а вы в каком?

— Я в том, что ближе к универмагу.