Книга Тайна Папы О, страница 29 – Сания Шавалиева

Зинаида вскрикнула и закрыла лицо руками.

— Скажи мне, что всё хорошо… — бормотала она в ладони. — Скажи, что они поймали её… что успели… Ну чего ты молчишь, Клинт⁈

Клинт молчал. Он просто крепко прижал её голову к своей груди, чтобы она не видела того, что видел он. Пальцы его судорожно сжались на её плече — это была правда, которую нельзя было произнести вслух. Орёл не успел.

Они еще долго стояли на ветру, глядя, как Папа О сидит на краю расщелины, спрятав голову под крыло, превратившись в памятник великому горю. Воронья туча покружила над ним и медленно растворилась в тумане. Потом к нему опустилась Мама О. Она просто села рядом. Безмолвная и неподвижная.

Домой Клинт и Зинаида возвращались в полной тишине. Больше не было жаль ни разбитой балерины, ни порванных половиков. Все эти потери разом стали крошечными и неважными по сравнению с тем огромным молчанием, что теперь царило в небе над тайгой.

Папа О и Мама О ужасно устали, но всё равно летели вперёд со скорым ожиданием увидеть родной дом. Им удалось обмануть Воронов, и от этого на душе становилось легче, хотя поверить в спасение до конца они всё ещё не смели.

Папа О нёс в лапах корзинку с девочкой, из последних сил работал крыльями и то и дело оглядывался на серые скалы позади. Ему всё казалось, что погоня вот-вот вынырнет из тумана. Но впереди уже поднималась вершина горы, и там, высоко над облаками, скрывалась столица его королевства.

За крутым поворотом за грудой каменных выступов, прятался потаенный лаз. Миновав его, Папа О и Мама О вошли под своды длинного коридора, вырубленного прямо в скале. Он тянулся далеко вперёд, в самую глубь кратера. Стены были гладкими, почти как зеркало, и пахли лишайником и летучими мышами. Вокруг стоял густой сумрак, и только эхо шагов да шорох усталых крыльев нарушали тишину.

Вдруг впереди, в самой гуще темноты, кто-то коротко и испуганно охнул. И в ту же секунду вдоль стен одна за другой вспыхнули магические лампы — стеклянные шары, внутри которых метались золотистые светлячки.

Свет выхватил из темноты высокую худощавую фигуру. Это был советник Папы О — Ист Сизокрылый. Его длинное тело в кафтане, расшитом серебром, казалось ещё длиннее в дрожащем свете ламп, а седые волосы на затылке отливали синевой. Сизокрылый стоял, прижав руки к груди, с приоткрытым от изумления ртом.

— Клянусь небесной высью! — прошептал он, поспешно поправляя пенсне, едва не свалившееся с носа. — Ваше Императорское Величество… Государыня! Наконец-то! Я уже не ведал, что и думать. Вы так долго не возвращались, что во дворце начали шептаться о беде.

Папа О расправил крылья и ответил спокойно, как и подобает царю:

— Мы задержались дольше, чем рассчитывали, Сизокрылый. Но теперь мы дома. Не время тревожиться. Лучше скажи, всё ли в городе благополучно?

Сизокрылый тут же поклонился.

— В городе спокойно, Ваше Величество. Но, признаться, я едва держусь — так мне было тревожно за вас! Я каждый день ждал вас у входа в город и всё смотрел в небо, надеясь увидеть ваши величественные крылья.

Мама О мягко шагнула ближе.

— Ты был нам верен всё это время. Мы это очень ценим, Сизокрылый.

Советник поднял голову, и в его глазах блеснуло облегчение.

— Я лишь исполнял свой долг, Государыня. Но простите мою слабость… Я и вправду боялся, что вы не вернётесь.