Книга Тайна Папы О, страница 104 – Сания Шавалиева

— Ваше высочество!

— Не называйте меня так.

— А как вас называть?

Ка О задумалась.

Раньше ответ был прост. Теперь же она не знала, кто она: человеческая девочка, воспитанная орлами, орлиная принцесса без крыльев или Катенька, которую она совершенно не помнила.

— Просто Ка О, — сказала она.

Советника Сизокрылого она нашла в библиотеке. Он сидел за огромным столом, заваленным свитками, и делал вид, что читает. Свиток он держал вверх ногами, но это не мешало ему время от времени важно кивать.

Когда Ка О вошла, советник поднялся так быстро, что опрокинул стул.

— Вы вышли! Я чрезвычайно рад. Мы все чрезвычайно рады. Я как раз собирался…

— Вы знали?

Сизокрылый замер.

Очки медленно поползла по носу, добрались до края и упали на пол.

— О чём именно? — осторожно спросил советник.

— Обо мне. О том, что я не родная дочь Папы О и Мамы О. Что я человек. Что у меня есть другая мать.

Сизокрылый опустил глаза.

Этого ответа оказалось достаточно.

— Значит, знали.

— Ка О…

— А про актрису? Про Лидию Павловну? Про Аннушку и моего отца? Вы тоже всё знали?

Сизокрылый медленно свернул перевёрнутый свиток.

— Не всё.

— Но главное знали.

Советник промолчал.

Ка О почувствовала, как в груди снова поднимается обида. Она надеялась, что хотя бы он удивится, возмутится, скажет, что его тоже обманули. Сизокрылый учил её с самого детства быть честной. Он объяснял ей законы Землеморья, рассказывал о чести, долге и правде. Особенно о правде.

— Вы все предали меня, — сказала Ка О.

Советник вздрогнул.

— Ты не можешь так говорить.

— Почему? Потому что принцессе не положено?

— Потому что это неправда, — грустно ответил Сизокрылый. — Я понимаю твою обиду. И признаю: моё молчание тоже причинило тебе боль. Но эта тайна принадлежала не мне. Она и сейчас принадлежит только его величеству Папе О.

— Удобно.

— Очень неудобно, — возразил советник. — Поверь, хранить чужую тайну бывает гораздо тяжелее, чем свою. Особенно когда понимаешь, что однажды она всё равно откроется.

— Тогда почему вы не заставили его рассказать?

— Я пытался.

— Плохо пытались.

Сизокрылый не стал спорить.

— Возможно, — сказал он.

— Рассказывайте! Я требую, прошу, умоляю… — хотела топнуть ножной. Сдержалась.

— Но ответы должен дать только Папа О. Сходите к нему. Спросите обо всём прямо. А если он попытается уйти от ответа, я разрешаю вам напомнить, что государственный советник настоятельно рекомендовал говорить правду.

— Он испугается?

— Конечно нет. Но, может быть, хотя бы немного устыдится.

Ка О повернулась к двери.

— Ка О, — окликнул её Сизокрылый.

Она остановилась.

— Я рад, что ты вышла.

— А я пока нет, — ответила девочка и покинула библиотеку.

Папа О находился в кабинете.

Перед ним лежали карты, донесения и целая гора писем от встревоженных жителей. На верхнем конверте крупными буквами было написано: «Когда вернут полёты?» Ниже кто-то приписал: «Никогда?»

Папа О смотрел на бумаги, но, судя по всему, не прочёл ни строчки.

Увидев Ка О, он вскочил.

— Солнце моё! — расправив руки для объятий.

Ка О не двинулась навстречу.

— Можно войти? — спросила она.

— Конечно. Тебе не нужно спрашивать. Это и твой кабинет тоже. То есть не кабинет, разумеется, кабинет мой, но дворец твой… Я хотел сказать…

— Папа.

— Да?

— Не говори много.

Папа О послушно закрыл рот.