Книга Своенравная Жена тайного советника, страница 32 – Таисия Шатская

Она быстро просмотрела остальные листы. В двух мелькнуло имя Верского, в нескольких просьбы, больше похожие на приказы о пристройстве каких-то незнакомых ей людей при дворе или в университете. В последнем вновь требования "выдать племянницу замуж за оговоренную персону"

Лиза откинулась на спинку стула, чувствуя, как дрожат руки. В висках стучало. Её смирение, которое она с таким трудом выстраивала неделями, рухнуло разом. Верский не просто добивался её руки — он, возможно, держал дядю в кулаке из-за долга, а когда тот отказался сотрудничать, устранил его. Всё сходилось. И её замужество было не волей императора, а частью какого-то его плана.

Ей нужно было узнать больше. Лиза спустилась вниз, в людскую.

— Скажи, Агафья, кто навещал дядю перед смертью? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Ключница поджала губы, помолчала.

— Разные люди ходили, барышня. И господин Верский тоже, неоднократно. После его визитов Афанасий Петрович всегда был не в духе. Я примечала, оба хмурые были. А стоило Лавру Дмитриевичу выйти, как дядюшка ваш, в особенно скверное расположение духа впадал. Бывало запрется у себя и только и знает, что ругаться, коли мы стучать станем.

Лиза кивнула, стараясь не выдать волнения. Вечером, когда она сидела в гостиной, к ней тихо постучалась горничная Глаша. Уже не молодая русоволосая женщина, из их крепостных крестьянок, служила городском особняке уже без малого десять лет. Женщина мялась у двери, теребила передник.

— На кухне бают, что вы всех о гостях дядюшкиных расспрашивали

— Говори, не бойся.

Горничная шагнула ближе, опустила глаза.

— В вечер, барышня, за день до того, как Афанасий Петрович преставился, господин Верский выходил из его кабинета. В руках у него была пачка ассигнаций. Он был очень сердит. И в дверях крикнул вашему дяде: «Не хотите сотрудничать, пеняйте на себя!» У меня аж руки затряслись, я чуть графин не выронила.

— Спасибо Глаша! Ты молодец. Можешь быть свободна.

Глаша не спешила уходить, но и задать вопрос не решалась

— Что-то еще?

— Агаьфья говорила, вы тем, кто расскажет что, деньгу обещали.

— Да, да конечно, –– Лизе уже было не до горничной. –– Я дам распоряжение Агафье.

Лиза сжала подлокотник. Сердце колотилось где-то в горле. Она выждала, пока горничная уйдет. Теперь у неё почти не осталось сомнений. Дядя отказал и вернул Лавру Дмитривичу долг, из-за чего тот окончательно рассверепел. Верский причастен к смерти дяди. И она сама, согласившись на помолвку, едва не отдала себя в руки убийцы, ненавидившего её семью. Вспомнилась и внезапное падение отца с лошади десять лет назад. Всегда спокойный и верный мерен в тот день, казалось сошел сума, понесся и скинул всадника. Отец упал очень неудачно, ударившись головой о камень, и умер на месте. Она всегда сетовала на судьбу и считала его смерть случайностью, но вдруг и она была подстроена Верским. Все знают, что он неавидил Михаила Стоянова.

Но что она могла сделать? Против него — приближенного императора, ректора, тайного советника — у неё не было ничего, кроме проступивших на миг слов, да и в них не было ничего конкретного. Нужен был план. Доказать императору его причастность. Тогда помолвка будет расторгнута, а Верский — наказан.

Она встала и подошла к окну, глядя на мокрый сад. Мысли метались.