Книга Спорим? Будешь моей, страница 43 – Дарья Белова

— Ладно, поехали по домам, пока меня Русланчик не хватился, — Колибри спрыгивает со своего места — с полюбившегося подоконника — и быстро укладывает пополняющееся досье в папку, точно мы опаздываем на пожар.

Переглянувшись с Розой, скрываем улыбки или даже смех.

Русланчик! Назови так брата кто-нибудь другой — пожалел бы. Если успел.

* * *

— Как приятно, что сегодня вся группа в полном составе, — Графский расхаживает перед трибуной, которую поставили в читальне библиотеки после конференции по философии.

Я за первой партой, и мне приходится чуть запрокинуть голову, чтобы наблюдать за преподавателем. Он, как и все занятия до этого, одет в свободную одежду: широкие голубые джинсы и темно-синяя футболка оверсайз. Выбивается своим видом из ряда однотипной формы.

У кого-то он вызывает восхищение своим необычным подходом и преподаванием, а кто-то относится пока скептически, или даже насмешливо. Много лет Академия славилась жестким подходом к выбору дисциплин на каждом курсе. Рейвенс — это про классический подход.

Но мне любопытно…

Оценивающе рассматриваю Графского, пока левую щеку припекает от знакомого взгляда. Артемий Жданов продолжает каждое утро приносить мне веточки мирры, но после случая в пещере мы не общались. Я знаю, что псих где-то поблизости, но он держится на расстоянии. Затаился. И это вызывает…мандраж.

Еще и вся эта добытая информация…

— Сегодня важный день в нашем учебном графике, — говорит Графский. — Если вы обратили внимание на форму отчета в конце семестра, то должны были понимать, что подготовка начнется заранее. А именно, с сегодняшнего дня.

Кто-то вздыхает — тем, кто не в восторге от дисциплины и от Владимира, — кто-то чуть ли не в ладошки хлопает.

Я ловлю на себя довольную полуулыбку Жданова.

Графский берет в руки мел и крупными буквами на доске пишет слово «сценарий». Написав, поворачивается к нам, и его взгляд устремляется на меня.

— Вы распределитесь по парам. Ваша задача — написать сценарий. Объем не менее пяти авторских листов. Общее в ваших работах должно быть одно — отношения. Это может быть как романтическая история подростковой любви, опасное приключение на необитаемом острове после крушения корабля. А может быть и что-то темное, одержимое, — взгляд Графского проводится по ряду, где сидит Артемий, и останавливается на самом Жданове. Тот откидывается и скрещивает руки на груди. Провокатор.

Артем поворачивает голову ко мне и кивает.

В библиотеке повисает немного неловкая тишина. Все привыкли к несколько иным работам.

— Самое интересное забыл, — Графский спохватывается и по-актерски бьет себя по лбу. Широко улыбается. — По лучшей работе снимут короткометражный фильм. Не обещаю, что он увидит свет на каком-нибудь фестивале, но мы с вами посмотрим точно.

Целую минуту все сидят неподвижно, а потом, как по команде, поднимаются с мест и начинают искать свою пару для выполнения творческого задания. Такого в Академии еще не было.

Илья Камаев, тот, что «vampire22», как я думаю, встает со своего дальнего места и идет прямо на меня. Еще несколько недель назад мое сердце бы сжалось от волнения.

В суматохе я теряю Артема из виду.

— Мирра, — обращается и покашливает в кулак, прочищая горло. Его щеки заливаются милым румянцем. — Может, мы вместе…