Книга Спорим? Будешь моей, страница 118 – Дарья Белова

Сердце падает в пятки. От страха, разочарования и неудобной правды, что продолжает раскрываться, как луковая шелуха. Слез столько же!

С «Вампиром» мы переписывались долго, с самого начала работы чата. Говорили о многом: семье, проблемах, учебе. Он помогал справиться, когда мое настроение было на нуле, или помочь решить задачу. Был другом. И я начала строить догадки, кто это мог быть.

Дело не в том, что я открывалась незнакомцу, в то время как Жданов уже расставлял свои сети. Не плесневые споры. Артем действовал за моей спиной. И ни разу — ни разу! — не рассказал. Даже когда мне показалось, что мы стали с ним близки. Когда я смогла разглядеть в этом опасном психе классного парня.

Роза на негнущихся ногах доходит до стены и садится, выпрямив ноги. Ей плевать, что на прогнивших деревяшках слой пыли, грязи и ошметки каких-то старинных вещей.

Мышцы на лице Артема дергаются. Руслан пока единственный стоит довольный, расставив ноги на ширину плеч.

Если бы велся счет, мой брат бы лидировал, несмотря на нанесенный удар мне в спину.

Ощущение падение усиливается. В ушах протяжный гул и, как заезженная пластинка, играют слова Руслана…

— Твой отец гордился бы тобой, Бирн. Или… ему все же плевать? — губы Артема медленно расползаются в стороны. Я перестаю узнавать в этом парне Жданова.

— Мой хотя бы не оставлял своего неугодного ребенка в нищете. Как щенка под дверями детского дома. Эдгар Бирн — последняя гнида, но мы с Миррой знаем, что такое дом, образование и все блага современного мира. А что знаеттвоя сестра ?.. Или подожди… Ты не в курсе, что у Бориса Жданова есть незаконнорожденная дочь, родившаяся, когда он был в браке с твоей мамашей.

Удар!

Кулак Артема приземляется прямо в челюсть Руслана.

Это было низко для них обоих. Не достойно ни Бирна, ни Жданова.

Глава 49. Артем

— Мой хотя бы не оставлял своего неугодного ребенка в нищете. Как щенка под дверями детского дома…

После этих слов я теряю связь с реальностью. Зверь под кожей, которого загоняли вглубь меня, уже хрустит позвонками. Восстает.

Я закипаю от ярости, унижения, адреналина и желания немедленно вернуть контроль. Слова Бирна не просто вывели меня из равновесия — они пробудили того жестокого парня, и мне будет за него стыдно. Перед Миррой. Она же все слышала. Все-все…

В груди тесно.

В ушах непроходимый звон. Он набивается в мою голову, и та готова взорваться.

Все вокруг сужается до одного противника — Руслана Бирна.

Мысли становятся короткими, рваными, почти животными: ударить, оттолкнуть, заставить замолчать,не дать себя сломать.

Мы месим друг друга неистово. Без правил, без секундной передышки, не давая себе отчета в каждом пропущенном ударе.

Кулаки попадают в плечи, скулы, ребра. Удары глухие и тяжелые. Каждый не просто хочет причинить боль другому, но и проломить чужое упрямство.

Рычим сквозь зубы, накидываемся всем весом.

Уверен, нас пытаются разнять, но мы не слышим, продолжая наносить удары не только руками, но и словами.

— Что, Жданов, не ожидал, что твой папочка заимеет на стороне дочь и словом тебе не обмолвится?

— Ты такой же как твой отец: жалкий червяк, что питается секретами других.

— Наверное, бедняга гниет в какой-нибудь халупе, пока ты греешь кости на очередном морском побережье.