Книга Победа офицера, страница 68 – Аня Истомина

— Ты – чудовище, – обреченно стону в ладони, не понимая, плакать или смеяться. – Ты заставил мальчишку удовлетворять взрослую тетку! Бедный мой Феденька!

— Ага, прям заставил карандаш к члену привязывать, чтобы встал, – хмыкает Баталов, не без удовольствия наблюдая за тем, как я заправляю футболку в штаны.

А мне кажется, что утром я просто не смогу ходить – после еще одного оргазма нижняя часть туловища стала непослушной, как у шарнирной куклы. Бедра точно будут болеть.

— Посмотришь утром на лицо своего «несчастного», – продолжает Юрий. – Светится как самовар.

С укором смотрю на него.

— Ну, что не так? – переходит он на хриплый шепот, притягивая меня к себе в объятия и зарываясь пальцами в растрепанные волосы. – В итоге же все остались довольны.

— Уверен? – поднимаю на него сердитый взгляд. – Ты думаешь, что Надежда – дура, и в процессе не отличила молодого парня от тебя?

— Ну, даже если и отличила, то что? – уверенно пожимает он плечами, начиная массировать мне голову, отчего я теряю весь боевой настрой и превращаюсь в субстанцию с ватными коленками.

— Устроит нам тут райскую жизнь с бонусными проверками от мужа-генерала, – едва ворочаю заплетающимся языком, прикрывая глаза.

— Тогда мы найдем на нее компромат и будем шантажировать, – на полном серьезе обещает Юрий.

— Какой ты опасный, оказывается, – усмехаюсь.

— Мстительный, – Баталов утыкается мне в шею и так горячо целует ключицу, будто мы только что не закончили.

— Юра, – ахаю, уворачиваясь и пытаясь отстранить его. – Мне еще дежурить завтра.

— Надежду поставлю, – потеревшись носом о мою щеку, он все же нехотя выпускает меня из объятий. – Надеюсь, она не думала, что приехала на курорт с дополнительными услугами, иначе ее ждет небольшое разочарование.

Мы замолкаем, глядя друг на друга в полумраке тусклой лампы. Еще утром я готова была бежать без оглядки от любой заботы этого мужчины, а сейчас мне хочется обнять его и прижаться, как к родному. И это пугает до одури.

У меня огромные проблемы с доверием, особенно к таким, как он. И в то же время Баталов мне все чаще напоминает покойного мужа своей упертостью, фанатичностью в работе, заботой о людях. Но ровно в той же степени – своим цинизмом – он напоминает мне того мудака в погонах, из-за которого мой муж погиб. Теперь я постоянно жду подвоха, выстраиваю оборону, и все равно готова лететь к нему, как бабочка на огонь. Когнитивный диссонанс, от которого можно чокнуться.

— До завтра, – негромко прощаюсь, первой разрывая этот гипнотический зрительный контакт.

— До завтра, Вика, – шепчет Юрий, не отпуская.

Склонившись, он увлекает меня в мягкий, тягучий поцелуй…

Утро начинается тяжело. Во-первых, потому что тело ломит после ночных упражнений на письменном столе, а во-вторых, потому что организм, отвыкший от алкоголя, выдает все возможные оттенки похмелья в виде тошноты и чугунной головы.

Отстояв полчаса в душном штабном блиндаже, где Иван Петрович раздавал указания монотонным, убаюкивающим голосом, мы, наконец, вываливаемся на улицу.

Свежий утренний воздух немного бодрит. Народ тут же стягивается к курилке.

— Товарищи, минуточку внимания, – голос Баталова перекрывает гул голосов и щелчки зажигалок. – Вчера у нас произошло небольшое перераспределение обязанностей. График дежурств на ближайшую неделю обновлен. Попрошу всех ознакомиться, чтобы без сюрпризов.