Книга Победа офицера, страница 29 – Аня Истомина

— Да блин, – мотнув головой, отгоняю мелькнувший перед глазами образ голого начмеда.

Ни один мужик из наших мне нагим ни разу не представлялся, хотя появлялись весьма колоритные персонажи.

Шагнув из палатки, как по закону подлости сталкиваюсь с мимо проходящим Юрием Сергеевичем. Он гладко выбрит, а волосы блестят от влаги. Образ из фантазии непроизвольно всплывает снова.

— С легким паром, – бросаю ему, пряча взгляд.

— Спасибо, – холодно отзывается, даже не повернув головы.

Какие мы нежные!

Начмед резко останавливается, и я запоздало осознаю, что произнесла это вслух.

— Виктория Викторовна, – разворачивается он ко мне всем телом. – Вы совсем страх потеряли?

Да уж. Конфуз.

— Никак нет, товарищ подполковник, – смотрю на него, пытаясь сохранить невозмутимое лицо. – Это были мысли вслух… не про вас.

— А… – он зло щурится. – Это вы со своими тараканами разговариваете?

— Ну не с вашими же! – выпаливаю, насупившись.

Юрий Сергеевич тут же делает шаг в мою сторону.

И нет бы, дуре, оставаться на месте – ну что он мне сделает на улице, на виду у всех? Но я непроизвольно отшатываюсь и, споткнувшись о порог, буквально вваливаюсь спиной в палатку, нелепо распластавшись на полу.

Начмед отводит полог в сторону и сверху вниз удивленно смотрит на меня.

— Какой быстрый бумеранг, – усмехается, протягивая мне руку. – Не ушиблись?

Хочется послать его от души, но «доминировать» из такой позы неудобно, поэтому я подаю ладонь, и начмед рывком поднимает меня на ноги.

— Спасибо, – вздыхаю, чувствуя, как горят щеки от моего позора.

Перехватываю ткань полога, ожидая, что Юрий Сергеевич отступит и пропустит меня на улицу, но вместо этого он шагает внутрь палатки, отрезая мне путь к отступлению.

— Мы не договорили, – рушит слабую надежду. – Так что там с моими тараканами?

— Про ваших речи не шло, – пытаюсь держать оборону.

— Ладно, – кивает он. – А с вашими? Что еще интересного они придумали?

— Они не рассказывают.

— Виктория! Вам придется с ними договориться, – качает головой начмед. Вроде бы шутит, но веселья в тяжелом взгляде нет ни капли. – Иначе мне придется начать их воспитывать.

— Ремнем, по-видимому? – ядовито цежу.

— А вы, я смотрю, прям спите и видите это, да? – язвит в ответ. – Можем начать прямо сейчас.

— Попробуйте, – бросаю с вызовом. – Скажу командиру, что вы меня домогаетесь.

— Прям так и скажете? – цедит холодно Юрий, но его голос становится ниже и глуше.

— Так и скажу, – упрямо улыбаюсь, хотя на самом деле хочется поежиться.

— Тогда мне придется соответствовать, – он неожиданно хватает меня за талию и прижимает к себе.

Кажется, я сейчас огребу по морде, но это лишь подстегивает адреналин в крови. Выбесила.

Беда округляет огромные глазищи. Склоняюсь вплотную к ее лицу. Теперь отчетливо могу разглядеть, какого цвета зрачки.

— Нравится? – цежу под ее возмущенный выдох.

За спиной слышится шорох полога, и мы так резко отстраняемся друг от друга, будто пойманные с поличным.

— Что тут происходит? – оборачиваюсь на громкий бас командира госпиталя.

Он шагает в палатку и гневно хмурит брови. Не знаю, что он успел увидеть, но прятаться от ответственности я не привык.

— Домогаюсь Викторию Викторовну, товарищ полковник, – без тени улыбки смотрю на него.