Онлайн книга «Там, где тебя нет»
|
— На выход! – командует Салим, не глядя на меня. Похоже, приказ он адресует мужчинам. Те молниеносно и молча выходят из машины. Один из них рывком распахивает дверь с моей стороны и грубо вытаскивает меня из машины. — Ай! — На выход! Или ты плохо слышишь, Катя? Кровь отливает от лица, подбородок дрожит от страха… Салим пришпиливает меня взглядом к земле, как бабочку. В глазах темнеет, а во рту пересыхает от ужаса… И снова этот собачий лай… Похоже, он будет вечно меня преследовать… — Топай. Или я помогу тебе так, что побежишь, как горная коза! Ступаю на негнущихся ногах к охраняемым воротам, не глядя на охранников. Смотрю лишь на носки своих ботинок… Салим что-то говорит охранникам по-чеченски. Ворота распахиваются, а меня вталкивают во двор. Мой цепкий взгляд скользит по строениям: в центре участка дом, по краям еще по одному. Сарай, гараж, загон с овцами, три будки с дворнягами, два вольера с алабаями… И еще с десяток охранников в черных балаклавах. Над высоким забором поблескивает колючая проволока… Попала ты, Катя в передрягу… Отсюда не сбежать. Ворота с грохотом закрываются, отрезая меня от привычной жизни… Что меня здесь ждет? И где мой Таир? Глава 21 Роксана. — Салим, покажи мне Таира, – вбираю в голос всю твердость, но реплика все равно выходит жалкой. Собаки продолжают лаять, а охранники монотонно выхаживать вдоль забора. Кажется, задержу на них взгляд, и голова закружится… — Ты дерзкая, Катя, – рявкает Салим. – Мало тебя здесь воспитывали. Чеченские женщины так себя не ведут. — А как они себя ведут? Помогают своим мужчинам устраивать теракты? Как… Как Мадина Агаларова, например. Ты ведь не станешь отрицать, что ее знаешь? А, Салим? Не знаю, что заставляет меня его провоцировать? Все равно же убьет? Или нет? Наверное, если бы хотел уничтожить, не стал бы катать по аулу, а пришил без лишних слов? — В сарай ее! – игнорируя мой вопрос, приказывает Салим своим людям. От моего взгляда не скрывается выражение его лица – злые, сощуренные глаза, напряженные желваки, сомкнутые в тонкую линию губы. Охранники с закрытыми балаклавой лицами хватают меня под руки и куда-то тащат. Один из них распахивает дверь кирпичного строения, расположенного в дальнем углу забора, и вталкивает меня внутрь. В нос ударяют запахи сырости, псины и сырого мяса… Господи, может, люди Салима уже успели кого-то освежевать? Зябко ежусь и прищуриваюсь, адаптируясь к темноте. В потемках не вижу, куда меня ведут, но помещение кажется теплым. Охранник грубо бросает меня на кучу сена, а я вскрикиваю, понимая, что там уже есть кто-то живой! — Тихо сидите, – говорит он. — Нас убьют? – спрашивает женщина. Айшат, судя по тихому старческому голосу. Ах вот что Салим задумал? Разделили мужчин и женщин, заставляя мучится неизвестностью? — Салим справедливый и честный воин. Он сначала приговаривает своих врагов к смерти, а потом приводит приговор в исполнение, – не без гордости произносит охранник. Вижу, как в темноте горят его глаза… Они фанатики, точно! Шестерки или одержимые слуги… — А мы враги? – тихо шепчет Айшат. – Всю жизнь мы здесь жили, и Салим не трогал. А Басир, он… — Помолчите, женщины! Ради Аллаха помолчите! Пусть мужчины сами разбираются. Посидите тихо. — А еду принесут? – не унимается Айшат. |