Книга (Не) мой наследник, страница 38 – Елена Левашова

— Остановись, Габи. Пожалуйста. Не падай в моих глазах ещё ниже, я прошу тебя. Ты же не такая, Габ? Неужели, это все из-за денег? Вспомни, как ты выходила за меня? У нас даже на нормальный ресторан денег не было.

— Можешь трахать свою потаскуху, сколько твоей душе угодно, – не дослушав моего опуса, шипит Габи. – Но ты останешься моим мужем, Ники. Или… Или готовься к искам от моего адвоката.

— Я понял, Габи, – многозначительно отвечаю я, запустив ладони в карманы брюк и сжимая их в кулаки. Мне хочется всадить ими в стену, но я сдерживаю эмоции. Не удивлюсь, если Габриела записывает наш разговор на камеру, чтобы использовать мои слова в суде или выставить психопатом-абьюзером, не умеющим держать себя в руках.

— Что ты понял, Ник? – надтреснуто произносит она.

— Все. О тебе и нашем браке. А сейчас я пойду.

Не дожидаясь ее ответа, выхожу из кабинета и спешно иду по коридору к выходу. Мне нужен лучший адвокат. Габи не будет ждать моей милости. Она четко дала мне понять, что настроена на войну. Значит, война? Сейчас, когда я больше всего нуждаюсь в поддержке… Сажусь в машину и опускаю голову на руль. Глубоко дышу, раздумывая, как поступить? Мне нужен адвокат-американец или грамотный российский адвокат, знакомый с международным правом. Если Габи обвинит меня в насилии или неблагонадёжной заботе о ней, Гражданский суд США примет иск и запретит мне свободно передвигаться по миру. Меня даже могут заключить под стражу до выяснения обстоятельств. Нет, нет, нет… Только не сейчас, когда мой сынишка нуждается во мне больше всего… Никогда не прощу ей столь чудовищной жестокости… Никогда…

Давлю на газ и еду в больницу. Я не предупреждал Злату о визите. Возможно, в палате снова будет ее красавчик-ухажёр, плевать… Потребность быть рядом с Никитушкой преобладает над здравым смыслом. Я боюсь… Впервые за долгое время я боюсь не ответственности, а обстоятельств, способных помешать мне выполнить долг.

— Привет, – произношу, задыхаясь от бега по лестнице.

Златка удивлённо распахивает глаза и вытирает руки полотенцем.

— Привет, – произносит тихо. – Проходи, Никита.

— Папуля плисол! Ула! – говорит мой будущий клиент логопеда.

— Сыночек мой… Никитушка…

Матрас протяжно скрипит, когда я сажусь на край больничной койки и прижимаю сына к груди. Вдыхаю аромат детских волос и целую его в бледные щёки.

— Папуль, показать мои лисунки? Я налисовал тебя и маму.

— Показывай, боец, – метнув на Злату взгляд, киваю я. – Ты красиво рисуешь, сынок. Когда ты вылечишься, мы с мамой запишем тебя на рисование и…

— А я на калатэ хочу! – перебивает меня Никитушка, а я все обнимаю его, целую и смотрю, как будто вижу в последний раз…

— И на каратэ, и на танцы, музыку и рисование. Мы везде будем ходить. А ещё к тете, которая полечит твой язычок.

— А как она его полечит?

— У язычка есть моторчик. И она его заведёт.

— Никита, что случилось? – не выдерживает Злата. Правильно Роб говорил – у меня все на лице написано… Эмоций так много – грусть, бессилие, счастье, непонимание… А ещё желание защитить моих близких. И покой Златы – уж ей знать о моих проблемах ни к чему.

— Все хорошо. Просто соскучился по сыну.

Злата.

Он правда не понимает, почему я бегу? Вскидывает непонимающий взгляд и удивленно качает головой. А я не могу выдерживать его близость… Его слишком много сегодня. Запаха, голоса, прикосновений рук к моим дрожащим ладоням. Черт… Боюсь представить, что будет, когда мы дойдем до главного… Мне даже думать страшно об этом.