Книга Отец (не) моей дочери, страница 27 – Елена Левашова

— Господи, Этери! – слышу голос Льва будто сквозь вату. А потом чувствую на своем теле его руки – он поднимает меня с пола и куда-то уносит…

Этери.

С трудом разлепляю глаза и прищуриваюсь, пытаясь разглядеть окружающие предметы. Я в доме Льва… Лежу на мягкой подушке, а мои плечи греет пушистый плед. Обоняния касается аромат кондиционера для белья, а слуха – знакомые голоса.

Сколько же я здесь валяюсь? Помню лишь, как упала, а Лев меня спас… Положил в чистую постель и накрыл теплым пледом. Похоже, кратковременный обморок превратился в сон. Черт! Ну ты и дура, Этери. Вечно ты перед Самойловым выглядишь, как посмешище. Растираю переносицу и медленно поднимаюсь. Я приехала увидеть дочь, а не валяться в покоях Льва!

Головокружение вновь овладевает мной, придавливая к постели. Если поднимусь, упаду снова… Раскрываю губы, чтобы позвать Льва, но тотчас замираю, прислушиваясь к разговору.

— Левушка, эту женщину нужно гнать подальше отсюда, – томно протягивает Елизавета Тимофеевна. – Когда уже ты женишься на Тиночке? Может, все бросим и уедем в Европу? Ты же хотел, сынок? Продашь клинику и…

Сердце охватывает могильный холод, а крик застревает в горле… Они собираются сбежать? Увезти мою дочь, а меня оставить с дырой в сердце? Надо идти… Забирать Дарину, похищать, бежать… Предпринимать что-то…

— Мама, прекрати. Она тоже… человек, – отвечает Самойлов. – И любит Дарину.

— Она просто прикидывается, Левушка. Хочет, чтобы ты ей заплатил. Давит на жалость, вот и все.

— Заплатить? Я не предлагал… Может, ты и права… Хм… Я могу помочь Этери с нормальной работой, возможно, квартирой взамен…

Ну у ж нет! Такого я стерпеть не могу. Опираюсь на край кровати и встаю. Рядом стул, стол, шкаф. Касаюсь пальцами предметов, боясь снова упасть, и направляюсь к выходу.

Очевидно, мои неуклюжие попытки самостоятельно дойти до гостиной не остаются без внимания. Самойлов шагает мне навстречу, делая вид, что ничего не случилось.

— Этери, вы ненадолго пришли в себя, а потом заснули. Зачем вы поднялись? Вам же… Я же вижу, как вам…

— А затем, Лев Борисович! – шиплю я. – Человек я, по-вашему, да? Все-таки не зверушка.

— Что вы себе позволяете, дамочка? – встревает его мамаша и возмущённо охает.

— Лев Борисович, где Дарина? Вы позвали меня для разговора, а я… Простите, что все так вышло. Я правда не ожидала, что разговор с бывшим так закончится, – произношу, не обращая внимания на Елизавету Тимофеевну.

— Мама! Мамоська! – Даринка выбегает из дальней комнаты, прижимая к груди белого медвежонка.

Чувства сбивают меня с ног: я опускаюсь на корточки и прижимаю малышку к груди. Вдыхаю запах, глажу по волосам. Похудела, мое солнышко… И под глазами появились темные круги.

— Это твой новый друг? – спрашиваю дочурку, показывая на мишку.

— Да.

— Это я купил, – тихонько произносит Лев, присаживаясь возле нас. – Он ей понравился еще в первый раз, когда…

«Когда вы отняли у меня дочь…», – хочется добавить, но я молчу.

— Солнышко мое, ты хочешь кушать? Давай мама тебе что-то приготовит?

— Да. Сюп и кек.

— Кек? Это что? – удивленно вскидывает бровь Лев.

— Шоколадный кекс. Я часто его готовлю.

— Этери, я сейчас вызову маме такси, а потом мы поговорим. Согласны? Как вы себя чувствуете? Может, таблетку?