Книга Плохая жена. Цена свободы, страница 62 – Елена Левашова

— Я врач, не волнуйтесь. Смогу помочь себе в критической ситуации.

— Подпишите тогда, — сует в мои руки листок бумаги врач. — Вы упадете и помощь не успеете себе оказать. Зря сопротивляетесь. И тест купите…

— Мы за ней понаблюдаем, — протягивает Марков, помогая мне подняться.

Теперь я вижу его во всей красе… Высокий, с седыми висками и прищуренным, острым взглядом, одно его присутствие заставляет трепетать… Бояться, волноваться… Он слегка улыбается, не сводя с меня взгляда, и просит Машу забронировать столик возле его офиса…

— Вам нужно поесть и отдохнуть, — произносит он. — И я не забыл про обещанный гонорар.

— Я заплачу вам его, если вытащите меня из кабального договора. Будет сложно… Многие пытались, но ни у кого не получилось.

— Это ведь так просто… Всего лишь кабала? И ее никто не смог доказать. Дрянные в вашем городке адвокаты.

Он распахивает передо мной дверь большого, черного внедорожника и садится рядом… Изучает, не сводит взгляда…

— Как ваша фамилия, эм…

— Алина Евсеева. Моего отца звали Михаил Вайнер.

— Я знал такого… И его смерть — до сих пор тайна… Я правильно понимаю?

— Да. Моего отца убили неизвестные.

Алина.

В машине Маркова пахнет дорогой кожей, древесиной и лимоном. Он сосредоточенно изучает чужие документы, а я прижимаю пальцы к запястью, чувствуя биение неровного пульса… Беременна? Разве это возможно? Вдыхаю терпкий аромат его машины, чувствуя, как неприятно сосет под ложечкой…

Касаюсь груди, испытывая легкую боль… Не может быть этого. Я выплакала море слез, мечтая о малыше, лечилась, стимулировала работу яичников гормонами, но… Ничего не происходило. Мне тридцать семь… Некоторые в моем возрасте имеют трое детишек. Верите, я себя похоронила… Отбросила мысль, что смогу стать матерью, запретила себе думать об этом…

Все, чем я жила в последнее время — работа… Разве это не кабала? Моя жизнь — гребаная жертва, положенная к ногам Егора… Того, кто не стоит моего мизинца… Ничего не стоит.

— Приехали, Алина Михайловна. Как вы себя чувствуете? — вырывает меня из задумчивости голос Маркова.

— Нормально.

Я ни черта не запомнила… Мир будто отгородился от меня невидимой стеной. Звуки стихли, краски померкли… Все, что я ощущала — биение пульса на запястье, тяжесть в грудях и легкую, накатывающую волнами тошноту.

— Ресторан уютный, здесь вкусно готовят, — неожиданно заботливо произносит он. — Вам нужно поесть, выпить чаю и… Что там та тетка говорила о беременности? Ребенок от мужа?

— Нет. Этого не может быть. Давайте забудем об этом и сосредоточимся на деле.

Почему-то при мысли о еде тошнота усиливается… Я вроде бы голодная, но… Рыбу не хочу, устрицы тоже… Воображаю жаренные на масле котлеты, и меня мутит…

— Маша, попроси, чтобы Алине Михайловне приготовили куриную лапшу из детского меню и котлету на пару. Зря вы не поехали в больницу.

— Тогда бы я упустила вас. Со мной все в порядке. Просто… Я переезжала, плохо спала, ссорилась с мужем, скрывалась почти десять дней от любовника…

— Любопытно. Расскажете?

— Да что рассказывать? Я встретила человека, заставившего меня поверить в счастье… Но и оно оказалось невозможным. У него жена и влиятельный тесть. Кавказская семья с авторитетом и репутацией. Нам не позволят быть вместе. И он… Он меня младше.