Книга Помоги вернуть сына, страница 25 – Елена Левашова

— Что? – захлебываюсь словами. Какая Сирия? Самая что ни на есть настоящая? Где война?

— Он не так давно вернулся. Был там год. Служил по контракту. И отца искал. Его папаша ведь неродной ему… Анатолий Михайлович воспитывал Руслана с десяти лет, отец мальчика пропал без вести в Сирии во время обстрела. Скорее всего, умер, но… В общем, Руслан Анатольевич хочет хоть что-то о нем разузнать.

— А вы то откуда про все это знаете? – восклицаю я, переводя взгляд на картинки за окном. Со мной Рус так не откровенничал. Во время нашего романа он лишь обмолвился, что его воспитывал отчим. Скоро Герман привезет меня домой и я больше ничего не узнаю… До следующей нашей встречи и сеанса откровений.

— Так все знают. Больше года клубом управлял Серега Дунаев, его партнер. Только Руслан не любит про войну говорить… Если захотите спросить, он разозлиться может. А шрам от ранения так…

Господи, я сейчас с ума сойду от новостей. Они обрушиваются, как ледяной ушат, бьют под дых так, что становится трудно дышать. Он уехал в Сирию после нашего расставания. До меня доходили известия, что Руслана нет в городе, но я не придавала им значения… Куда может деться наглый мажор? Гуляет где-то, шатается по саунам, катается на мотоцикле. Живет расслабленной бесполезной жизнью.

— Шрам? Он… был ранен? – сглатываю мгновенно выросший ком в горле.

— Да, родители его лечить в Москву возили. Они вообще были против этой поездки, но… Разве Руслана переубедишь? Он упертый, как баран. Если что-то забьет в голову, пиши пропало! Все, Лада Григорьевна, подъезжаем. – Вырывает меня из раздумий Герман.

— Спасибо. Надеюсь, еще увидимся.

— Еще как! Я завтра у вас утром как штык. Руслан сказал забирать и домой отвозить каждый день. Если не верите – покажу сообщение!

— Верю, верю… До завтра.

Руслан.

Просыпаюсь от настойчивой трели будильника. Ах да – теперь в моем доме поселилась… ведьма. Вернее, обосновалась на время. И мне отчего-то не хочется, чтобы она застала меня спящим. Лениво потягиваюсь на пустой огромной постели, жалея, что правилами нашего договора не предусмотрена ночевка…

Становлюсь под горячий душ, чувствуя расползающееся по телу нетерпение. Лада… Я ведь жду ее. Мучаю себя непрощением, а ее унижаю… да, в общем-то, всем. Она и деньги не взяла, хотя я знаю, как они ей нужны. Серега навел справки о здоровье ее бабушки. Последствия перенесенного инсульта, паралич нижних конечностей… Весь букет болячек прилепился к женщине. Оборачиваю полотенце вокруг бедер и возвращаюсь в комнату. Меня встречает тихий шорох, раздающийся из кухни. Выходит, пришла… Скребется там как мышка, завтрак готовит… Прохожу по коридору в кухню-гостиную, убеждаясь в собственной догадке: в кухне Лада. В самом-то деле, кому там еще быть?

— Привет, – произношу прокашлявшись.

— Доброе утро, Руслан Анатольевич, – отвечает Лада без запинки. Сегодня на ней хлопковое короткое платье с рукавами-фонариками, волосы собраны в высокую «гульку» на макушке. – Что вы предпочитаете на завтрак?

«Тебя», – произношу мысленно.

— И… вообще, может, вы не любите какие-то продукты или не переносите? Скажите сразу, чтобы я не готовила зря.

— Лад, да все я ем. Не выдумывай. Готовь, что считаешь нужным. – Отвечаю, задыхаясь от вновь проснувшегося желания. Ладка права – я все время хочу. Но она не знает, что только ее… Подаюсь вперед, чтобы шагнуть к Ладе и насладиться «завтраком», но вздрагиваю, остановленный пронзительным звуком дверного звонка.