Книга Влюбленная. Гордая. Одинокая, страница 10 – Елена Левашова

— Люба? Это ты? – глухо произносит Мир, напряженно вглядываясь в мое лицо.

«Да, я изменилась, похорошела и работаю здесь! Выкуси, чертов мерзавец!»

— Любовь Петровна, если позволите, – роняю небрежно, укладывая бумагу в принтер.

— Брось, Люба, это же я…

— Вы меня с кем-то путаете, молодой человек. Хотя… – Мир приосанивается и пристально смотрит на меня в ожидании вердикта. – Нет… – разочарованно качаю головой, пробежав по нему равнодушным взглядом. – Мой знакомый гораздо вас выше, шире в плечах и более вежливый.

На лице Дианы застывает такое же, как у Боголюбова, выражение: недоуменное и растерянное. Раздираемая любопытством, она поочередно переводит глаза с него на меня, но Мирослав правильно воспринимает мой толстый намек и замолкает.

Я намеренно громко бью по клавишам, изгоняя гнетущее, внезапно повисшее молчание. Пялюсь в монитор, стараясь не соприкасаться с «важными гостями» взглядом. Боюсь снова утонуть в синей, как летнее утро, манящей глубине глаз парня и растечься безвольной медузой…

— Распишитесь здесь… и здесь, – отдаю бумаги Диане, растягивая губы в неуверенную улыбку.

Она чиркает закорючку под росписями остальных владельцев клиники и молча, уткнувшись в документы, передает их Миру.

За движением руки Боголюбова, выводящей фамилию, неотрывно наблюдает, как строгая учительница, Диана, а вместе с ней и я…

Таращусь на Мира, боясь быть застигнутой за этим постыдным занятием, и не могу оторвать глаз. Он возмужал и стал шире в плечах, отрастил длинную челку, небрежно спадающую на лоб. Сколько же мы не виделись? Два года? Больше…

Боголюбову до черта идет вип-кабинет. Идут темно-синий дорогой костюм, золотые часы и девушка рядом, такая же гламурная и глянцевая. Развалившись в кресле, он чувствует себя за рабочим столом как рыба в воде.

— Готово, – Мир вскидывает голову, чтобы вернуть бумаги, и натыкается на мой неосторожный взгляд. Боголюбов довольно усмехается, угадав мои чувства и мысли, показавшиеся на миг из-под брони самоконтроля. Что-то колючее и обжигающее забирается в грудь с его взглядом. На щеки вмиг наползает румянец.

Я машинально хлопаю по документам печатью, возвращаю их в цепкие ручки Дианы и демонстративно встаю из-за стола.

— До свидания, – произношу негромко, мечтая поскорее выпроводить важных клиентов.

— Всего хорошего, – фыркает Диана и протягивает свое пальто Миру. Он неловко помогает ей одеться, а на прощание награждает меня еще одним уничтожающим взглядом, отчего кровь приливает к пылающим и без того щекам.

Я закрываю зал, нетвердо провернув ключ в замке, и устремляюсь по коридору в свой кабинет, обогнав гламурную парочку. Диана что-то томно щебечет и хихикает, Мир отвечает ей хрипловатым шепотом. Их неприкрытый флирт легко заметен, и я убеждаюсь, что мужчина выбросил меня из головы, как только за ним закрылась дверь.

Обида и злость опустошают меня, лишают сил, придавливая к земле невидимым грузом. Мне больно. От пренебрежительных слов, сказанных в мой адрес, от того, как непринужденно он высмеивал меня с посторонним человеком. От брошенных колких взглядов, горячим угольком взрывающихся под кожей… Больно.

Стук шпилек отражается от высоких стен коридора. Я останавливаюсь. Замираю на ничтожный миг и осторожно оборачиваюсь. Никого. Улавливаю свое отражение в высоком панорамном окне – сгорбленную, придавленную фигуру знакомой девчонки из прошлого, той самой, неуверенной в себе толстушки Любы…