Книга Чудо для Алисы, страница 3 – Елена Левашова

Мамы не стало год назад. Через месяц после ее смерти у тети Глаши случился инфаркт.

— Да, вы правы, господа телезрители, последний год моей жизни выдался адски сложным!

Я сжимаю кулаки от злости на судьбу и удивляюсь собственной решимости: тетя в больнице четвертый раз, но я сделаю все, чтобы не потерять ее. Буду пахать как проклятая и бороться с этим несправедливым миром! Другого не дано – одержу победу или сломаюсь! «Так что выкусите, господа телезрители!» – добавляю я мысленно.

А еще… я хочу узнать все о смерти папы. Он снится мне. Разговаривает, улыбается, касается меня во сне, протягивая между нами невидимые нити привязанности. С наступлением утра сон рассеивается, унося воспоминания о наших разговорах прочь… В мир мертвых… Желание узнать о таинственной экспедиции привело меня в архив областного Министерства обороны. Что я могла там найти? Официальную версию, указанную в документах папы: «Пропал без вести в чрезвычайной ситуации природного характера – обвал льда и камнепад». Не знаю, по какой причине, но пожилая женщина-архивариус Зоя Тихоновна сжалилась надо мной и дала (по большому секрету) номер телефона председателя областной организации Союза генералов – Георгия Константиновича. По ее словам, генерал Вдовин двадцать лет назад служил в Грузии и может что-то знать. Георгий Константинович оказался легендарным человеком – ветеран боевых действий, заслуженный юрист России, он проходил службу в главном управлении Генеральной прокуратуры на Северном Кавказе, управлении Генеральной прокуратуры РФ в Южном федеральном округе с 1999 по 2004 год. Как раз в тот период, когда пропал мой папа! Георгий Константинович выслушал просьбу по телефону, записал фамилию и пообещал позвонить в ближайшие дни. Но прошла почти неделя…

Выхожу из парка и сворачиваю на улицу Федосеева. Ну и пусть! Я буду обивать пороги других учреждений, но не прекращу поисков информации. Шагаю по хрустящему снегу, любуясь сверкающими самоцветами-снежинками.

Я научусь снова радоваться жизни… Обещаю… Ради мамы, папы и тети Глаши. Ради себя… В тот момент, когда я говорю себе эти заветные слова, как по волшебству, оживает телефон:

— Да, – отвечаю я, крепче сжимая поводки в руках.

— Добрый вечер, Алиса Ильинична, это генерал Вдовин. Помните такого? – Еще бы! Последнюю неделю я только о вас и думаю, товарищ генерал!

— Конечно, Георгий Константинович. Слушаю вас, – заглушая в голосе ликование, отвечаю я.

— Алиса, в метеорологических сводках нет сведений о лавине или камнепаде. В день, когда погиб ваш папа, была ясная погода.

— Вы уверены?

На том конце провода слышатся шуршание страничек и покашливание.

— Простите… Я еще не отошел от простуды, – извиняется генерал Вдовин. – Расскажу вам, как это было. В то время я служил на грузинской границе. В ущельях со сложным рельефом и низкой облачностью частенько случались камнепады или сход лавин. Безопасность личного состава была на первом месте. Поэтому сведения об изменениях погоды приходили каждые два часа.

— Эм-м… Значит, во всех без исключения сводках предупреждения о лавине не было? – Я останавливаюсь под фонарем, тупо уставившись на сливовое, затянутое морозным туманом небо.

Как же так, а? Выходит, мой папа, как и другие члены экспедиции, погибли по другой причине?