Книга Несбывшаяся жизнь. Книга 1, страница 63 – Мария Метлицкая

Иногда она туда заходила.

Пару минут она раздумывала, кафетерий или кафе – где не стоячка, а по-настоящему: столы под скатертью, приборы, официанты, меню.

Жалко денег, еще как жалко, они так дорого достаются… И все-таки шагнула в сторону настоящего. Почувствовала, что сегодня это необходимо. Забыть ненадолго душевный раздрай и сумятицу, отвлечься. И наплевать на деньги – возьмет пару лишних дежурств, и все. Не привыкать.

В конце концов, имеет она право на маленькие радости? Или хотя бы на небольшие удовольствия?

Только бы были места, все-таки выходной. Жаль, если мимо. Жаль, если придется идти в кафетерий. К тому же и там в выходной длиннющие очереди.

Но место нашлось. У окна, с круглым столиком на двоих.

Лиза села и слегка раздвинула тяжелые шторы.

За окном – Кировская, ее родная улица, где известен каждый дом, каждый двор, каждый камень и куст, каждая надпись на фасаде и каждая вывеска. Потому что Родина – единственная родная душа. Да, именно так: душа. Потому что и у улиц, и у домов и дворов точно есть души.

Лиза раскрыла меню и решила не экономить. Гулять так гулять: борщ и свиная отбивная с жареной картошкой – самое дорогое блюдо.

Салат из овощей, клюквенный морс, чашечка кофе, три шарика мороженого… но это после, если останется место. И да! Лиза даже улыбнулась. Бокал белого вина! Того, что послаще.

«Купчиха, – подумала Лиза. – Гуляю как в последний раз».

Молодой и симпатичный официант принес запотевший бокал вина и спросил:

— Отмечаете?

— Что? – не поняла Лиза.

— Ну, – смутился он, – празднуете?

Лиза кивнула.

— Ага.

«Господи, что я праздную? – спросила она себя. – Освобождение от Анюты? Полечкино несчастье?»

Настроение сразу испортилось, и есть расхотелось, и Лиза с неприязнью смотрела на красиво поданное горячее. Зря она сюда зарулила… Купила бы пельменей, знакомо и привычно. Тоже мне, посетительница ресторанов. Было невыносимо жаль денег, впустую потраченных на несостоявшееся удовольствие.

Выйдя из кафе, Лиза прошлась по Кировской, свернула на Сретенский бульвар, посидела на сырой лавочке, замерзла и заторопилась домой.

Дома было тепло и тихо. Так тихо, что Лиза поежилась. Было слышно, как скрипит пол и капает в ванной вода.

Она надела любимую пижаму, улеглась в кровать, взяла недочитанный детектив Агаты Кристи, но ей не читалось.

Отвернулась к стене и закрыла глаза.

«Дымчик не звонит. Анечки нет. Полечка умирает. Я одна. Одна со всем, что навалилось».

Лиза заплакала – и тут же тряхнула головой, отерла слезы.

«Ничего, я справлюсь, я сильная!»

Отвлекали дела – хорошо, что их было много. Работа, диплом. Как говорит Полечка? «У женщины должно быть много дел».

В юности Лиза не понимала – почему? Почему должно быть много дел? Только теперь поняла: чтобы не чокнуться.

Вечером собралась с духом и позвонила Полечке.

Та была занята, говорила сухо и коротко.

— Как себя чувствую? Лиз? Может, не надо?– Полечка усмехнулась горько и обреченно.– Как Анечка? Анечка прелесть. Даже ночью встаю всего пару раз! Как вспомню, как с этой вскакивала! Раз по двадцать за ночь! И как держалась? А молодость. Молодость и здоровье. Трехжильная была, все нипочем… А что у тебя? А, диплом… Ну да, помню…

Лиза не знала, что еще сказать, и Полечка продолжала:

— Вот как так, а? Ну вот твоя Нинка – что она тебе дала? Нет, крутилась, конечно, как могла, старалась, из кожи вон. Но что она могла? Глупая была и безрукая. А ты человеком выросла. А моя дура? Ты знаешь, сколько я в нее вкладывала. А что выросло? Чудовище. Грудную дочь бросила, больную мать. Вот как это, а? Ну не может же быть, что все взяла от папаши своего бестолкового? А от меня? Я знаю, что и я не пример. Но ведь пахала всю жизнь, и все для нее! Кормила чтоб повкусней, одевала как куклу. Врачи, репетиторы. В школу подарки таскала! Чтобы все лучшее, самое-самое. И что в итоге? Я ведь не о благодарности, Лиза. Я о другом.