Книга То, что имеет значение, страница 59 – Мария Метлицкая

Дверь открыл муж и участливо спросил, глядя на бледную Ольгу:

— Устала?

Она молча кивнула. Он помог ей снять плащ.

— Сырники будешь? – крикнул с кухни муж. – Еще теплые, с изюмом.

Ольга зашла в ванную и умылась холодной водой. Потом пошла и легла – в халате, поверх покрывала. Вадим зашел, посмотрел на нее и укрыл пледом.

— Что-то случилось? – озабоченно спросил он.

— Нет, голова болит.

— Ну поспи, – вздохнул он и добавил: – Я с Дениской сейчас буду сочинение писать, тема какая-то дурацкая.

Он прикрыл за собой дверь. Ольга уснула. Когда она проснулась, на часах было одиннадцать вечера. Встала, сунула ноги в тапочки и пошла на кухню, со сковородки съела холодный сырник и включила чайник. Потом заглянула в комнату сына. Там за письменным столом сидели оба ее мужчины – голова к голове – и тихо о чем-то спорили. Ольга аккуратно закрыла дверь и вернулась на кухню. Не зажигая света, пила чай и смотрела в окно на темную и опустевшую улицу.

Сполоснув чашку, вернулась в спальню и включила без звука телевизор. А потом опять задремала. Когда она проснулась, то увидела, что телевизор выключен, а рядом тихо посапывает муж. Ольга посмотрела на часы – было три часа ночи. Вышла в коридор, порылась в сумочке и достала кремовую глянцевую визитку. Несколько минут вертела ее в руках, а потом зашла в туалет и порвала на мелкие кусочки. Плотный и качественный картон поддался с усилием. Она бросила обрывки в унитаз и дважды спустила воду, потом вернулась в спальню, легла, и почему-то ее опять зазнобило.

«Заболеваю, наверное, – подумала Ольга. – Тепло еще такое коварное, и солнце еще не солнце, а так, иллюзия. Впрочем, как и все остальное. – Она улыбнулась и подтянула одеяло на голом плече мужа. – Так, а теперь по делу: завтра надо сварить грибной суп, по-моему, есть шампиньоны в морозилке, в химчистку – зимние вещи, да еще ботинки Денису. Боже, опять захочет эти ужасные, черные, на жуткой подошве. В общем, живем дальше, – приказала она себе. – Не раскисать. У каждого своя жизнь». Она укуталась в кокон – так она любила всегда – и уснула крепким и пустым сном, без кошмаров и дурацких сновидений. Обычным крепким и пустым сном сильно уставшей женщины.

Когда произошло это страшное событие, Елена, конечно, забрала Лизу сразу к себе, в один день перечеркнув и забыв все свои старые и заскорузлые обиды. Так получилось, что семейная Лиза в своей беде оказалась одна. Муж-профессор уже пятый год читал свои лекции в Бостонском университете, ему вообще всю жизнь, кроме науки, не нужно было ничего, а сейчас и подавно. Лизина дочь, вечно вздрюченная, безумная Ирка, как всегда, разводилась с очередным мужем и была вне себя.

Беда с Лизой произошла, как водится, внезапно. Из полноватой, веснушчатой, полной жизни и энергии, еще не старой женщины Лиза за полгода превратилась в сухую, серолицую мумию – без остатка прежних внешних и, казалось, неисчерпаемых внутренних сил. Казалось, что неисчерпаемых. Елена взяла ее к себе по нескольким причинам: во-первых, загород, воздух – она теперь круглый год жила на старой, теплой кратовской даче. Во-вторых – уход. Кто, кроме жертвенной Елены, с таким терпением будет выносить капризы тяжелобольного человека? Чокнутая Ирка? Она-то быстренько управится – подтолкнет мать к краю могилы и руки отряхнет.