Книга С видом на Нескучный, страница 44 – Мария Метлицкая

Но при чем здесь Инга? У нее же все хорошо.

Инга погибла через три года. Разбилась на машине. Точнее – Ингина машина слетела в ущелье. Говорили, что отказали тормоза. Чушь, в это Вера не верила – как могут отказать тормоза в прекрасной новой немецкой машине?

Дидумас был черным от горя.

Стоя у закрытого гроба подруги, Вера вспомнила ее слова: «Знаешь, Вер, мне кажется, что я живу чужой жизнью. Как будто я заняла чье-то место. Ты меня понимаешь?»

После похорон Вера улетела в Москву. Что теперь будет? Боже, о чем она думает! Какой невыносимый стыд думать о себе!

Но человек так устроен. Куда она теперь? Опять на улицу, опять все по новой? Конечно, деньги у нее есть, все эти годы она откладывала. Но что делать, чем заниматься?

Решила так – будь что будет. В конце концов, не пропадет. Квартира есть, машина тоже. Проживет. А там что-нибудь да придумает, с ее-то опытом и разумностью!

Вот ведь правда – человек предполагает, а бог располагает. Инга часто повторяла эту поговорку. Инга… Такая молодая и такая счастливая! Инга, как ты могла? Или все-таки авария, случайность?

Никто теперь не узнает.

И еще, Инга. Спасибо за то, что ты была в моей жизни. Спасибо, что встретилась. Что ты меня всему научила. Спасибо за твое доверие, за дружбу и за все остальное. Да и вообще – если бы не ты, Ингуша…

Через полгода Дидумас предложил Вере выкупить магазин. Цена была более чем щадящая. Денег почти хватило. Часть отдала, часть в рассрочку. Конечно, изменились условия поставок. Но все равно они были не просто хорошими, они были сказочными. А через несколько лет Веру стали называть Королевой мехов, Царицей мехов и Императрицей мехов. Сеть магазинов по всей стране, собственное ателье, где можно было сшить шубу на заказ и просто переделать, прокат меховых изделий, хранилище-холодильник. Словом, успешная дама, селфмейд-вумен, девушка из провинции, достигшая вершин бизнеса. За интервью с ней стояли в очереди лучшие глянцевые журналы. Веру приглашали на важные мероприятия и на телевидение. У нее были личный водитель, секретарь и помощник. Вернее, помощница – Татьяна, подарок, находка, гарант Вериного спокойствия. Наверное, так же когда-то про Веру думала Инга.

* * *

Историю с предательством Вадима Таня пережила. Но с тех пор в серьезные отношения вступать не хотела – боялась.

Квартиру, доставшуюся ей после смерти Нины Васильевны, отремонтировала своими силами, побелила, покрасила, поклеила свежие обои. Не «ах», но жить можно. К тому же не выселки, а практически центр, о чем еще можно мечтать?

Она и не мечтала – жизнь текла так, как текла. Тихая, почти пенсионерская жизнь – дом, работа, по выходным кино или прогулка в Сокольниках. Книги, вязание – оно ее успокаивало.

И еще одиночество. Слезы и жалость к себе: ну почему у нее так получилось? Не слишком ли дорогую цену она заплатила за это? А может, надо было наплевать на Ниночку: конец один, да и что говорить, пожила старушка немало. Может, надо было остаться с Вадимом, выйти замуж, родить ребенка и жить жизнью обычной нормальной женщины? А она все профукала.

Ниночка, обязательства, столько лет – и все бросить? Таня приличный, честный и ответственный человек, она не предатель. Она просто дура. А раз дура – так и сиди тут одна, вяжи свои шарфики, смотри бразильские сериалы, попивай чаек со сладкими булочками, набирай вес, носи свои старые юбки и скучные кофты, закручивай на затылке дурацкий старушечий пучок, надевай на нос жуткие очки, сплетничай с тетками из булочной – в общем, превращайся в обычный синий чулок, в старую деву. Впрочем, ты уже в нее превратилась, даром что молодая. И вся твоя жизнь, дорогая Таня, расписана и предсказуема до мелочей – так все и будет. Та же (или другая, какая разница) булочная, те же туфли со стоптанными каблуками, та же сумка с потертыми ручками, самовязанные варежки из лежалой Ниночкиной шерсти, те же булочки с маком, те же сериалы про страстную любовь и предательство – ах, как все похоже! Те же выцветшие обои и старый Ниночкин холодильник. Все будет так же, без изменений, только ты, Таня, будешь стареть. Стареть и дряхлеть, бормотать про болячки, ходить в поликлинику, ворчать по поводу цен, полнеть, седеть и покрываться морщинами. И, глядя в старое, мутное бабкино зеркало, будешь себя ненавидеть. Ах, как же ты будешь себя ненавидеть, как проклинать, как презирать себя! Потому что ты, Таня, упустила шанс. Сама, по собственной воле. Потому что порядочная. Да, Танечка? Но порядочность не всегда сочетается со счастьем, разве не так? Всем хочется оставаться порядочными, не тебе одной, Таня! Все хотят дружить со своей совестью, но… Иногда жизнь ставит в другие условия, предлагает выбирать. И человек всегда выбирает себя. Если, конечно, он не дурак. И наплевать на совесть и честь, наплевать на жалость и обещания. Своя жизнь дороже всего. И свое счастье только в собственных руках.