Книга Вне конкурса, страница 11 – Софья Ларская

— Знаешь, чего я не могу понять? — прошептал он, обжигая её губы своим дыханием. — Почему ты так отчаянно строишь из себя кремень? Под этим твоим свитером живой человек, Василиса. Который хочет...

Он не договорил. Резкий, требовательный звон домофона разрезал тишину, как скальпель. На мониторе у входа возникло лицо Кристины. Она нетерпеливо поправляла волосы, глядя прямо в камеру.

— Дэн, открывай! — её голос, усиленный динамиками, прозвучал как пощечина. — Твой отец оборвал мне телефон. Он ждет нас в «Турандот» через час, и если ты снова опоздаешь, он заблокирует твой пропуск в Сити. Живее, я уже внизу!

Напряжение лопнуло. Денис резко отстранился, его лицо в мгновение ока превратилось в каменную маску безразличия. Василиса вскочила, судорожно запихивая учебники в рюкзак. Руки мелко дрожали, а щеки горели так, будто её поймали на месте преступления.

— Твой конвой прибыл, Корсаков, — выдохнула она, пытаясь вернуть голосу твердость. — Семейные ценности превыше всего, верно?

— Василиса, это не то, что ты думаешь...

— Это именно то, что я вижу, — она уже почти бежала к лифту. — Ты на коротком поводке, Денис. И не важно, кто его держит — отец или Кристина. Мы закончили. Проект я отправлю сама.

Она вылетела из башни на улицу, жадно вдыхая холодный воздух. Сердце всё еще колотилось о ребра, как пойманная птица. Она ненавидела Дениса за этот момент слабости, но еще больше она ненавидела себя за то, что на долю секунды ей захотелось, чтобы он не убирал руку.

Василиса вошла в метро, стараясь раствориться в толпе. Она не знала, что Денис всё еще стоит у окна семьдесят второго этажа, глядя вниз на серую массу людей и сжимая кулаки до побелевших костяшек. В этот момент он ненавидел свою жизнь в Сити гораздо сильнее, чем она — свое общежитие на Шверника.

Суббота в ДАС всегда была испытанием на прочность. Запах жареного лука из общей кухни намертво въедался в одежду, а из комнаты напротив доносились басы — кто-то из географов бурно отмечал окончание полевой практики. Василиса сидела за своим узким столом, уставившись в монитор, но строчки Гражданского кодекса расплывались перед глазами.

Она невольно коснулась пальцами шеи — там, где еще вчера чувствовала жар его ладони. Кожа до сих пор казалась обожженной.

— Вася, ты уже час на одной странице, — Рита оторвалась от холста и внимательно посмотрела на подругу. — Ты какая-то... пришибленная. Что на самом деле произошло в этом вашем Сити? Только не ври, что вы просто «сводили текст».

— Ничего особенного, Рит. Мы закончили проект, — Василиса резко захлопнула ноутбук. — Просто там другой воздух. Тяжелый. От него болит голова.

— Это называется «запах больших денег», дорогая. От него всегда кружится голова, если нет привычки, — Рита подошла ближе и прищурилась. — Ты выглядишь так, будто тебя ударили под дых.

— Это просто усталость, — отрезала Василиса. Она не могла признаться даже лучшей подруге, что на семьдесят втором этаже она на долю секунды перестала быть «стальной Лавровой» и едва не позволила Денису Корсакову разрушить свои границы.

* * *

Понедельник начался с серого неба и промозглого дождя. Василиса стояла под козырьком Четвертого корпуса, отряхивая капли с пальто, когда рядом бесшумно затормозил знакомый черный внедорожник. Из него вышла Кристина — в белоснежном кейпе и сапогах из мягкой кожи, она выглядела как воплощение чистоты, если не заглядывать ей в глаза.