Книга Доброе имя, страница 57 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Значит, через два дня меня придут убивать, — резюмировал я.

— Судя по всему да. Причем пойдут они, видимо, половиной группы. Что, честно говоря, все равно звучит, как твой неизбежный конец. У тебя точно есть план?

— Да, есть. Не переживай, благодаря твоей информации все получится, — заверил я ее, хотя сам был в этом совершенно не уверен. — Они что-то еще сказали?

— Полезного — нет, — ответила Митчелл. — Гольдберг какое-то время настаивал, чтобы они шли сегодня, но Волк ему отказал. Сказал, что если его что-то не устраивает, он может найти себе других исполнителей, которые «сработают» копа, а они не собираются с ним торговаться.

— Сколько хоть стоит моя голова? — вдруг неожиданно даже для самого себя спросил я.

— Понятия не имею, — ответила Митчелл. — Они не называли цифры. Но за срочность Марти в итоге обещал удвоить оплату.

Мда уж. Оказывается, я стою двойной оплаты. Это, конечно, лестно, но что-то оптимизма не внушает.

— Спасибо, Маргарет, — сказал я. — Ты сделала очень важное дело. Даже не представляешь насколько. Потерпи еще немного, и я обязательно избавлю тебя от Гольдберга.

— Или погибнешь… — сказала она, но в голосе не было желчи — только усталость и сожаление.

— Не погибну. Все будет хорошо, ты можешь мне верить.

— Мне бы очень этого хотелось, Соко. Очень, — вздохнула она, помолчала несколько секунд и добавила уже своим привычным жестким голосом. — Постарайся выжить. Если будут новости — я тебе наберу. Но сам мне не звони.

— Хорошо, — ответил я, и в трубке раздались гудки.

Все шло по плану. Я был предупрежден, а значит, на шаг впереди. Только почему же в животе ворочается что-то, так подозрительно похожее на страх?

Вернулся к плите, на которой как раз должен был закончить томиться куриный суп. Я выключил конфорку и налил себе немного в тарелку. Уселся за стол и принялся уплетать — уже несколько дней хотелось чего-нибудь жидкого, но руки все не доходили. Вскоре ложка заскребла по дну тарелки, и я отправил посуду в раковину. Подумав немного, все же взялся за губку — лучше помыть, пока не присохло. Вот только когда я поставил чистую тарелку на расстеленное на столе полотенце и принялся за ложку, звук бегущей воды показался мне каким-то странным — как будто труба вдруг начала тихо и утробно бурчать. А через мгновение я понял, в чем дело. Звук шел не из трубы. Он шел с улицы.

Я быстро закрыл кран и услышал то, что все это время заглушала льющаяся вода — звук мотора. Я подошел к окну и увидел, что к моему трейлеру подъезжает машина — серебристый «Форд Таурус».

Я мгновенно рванул в сторону от окна, выключил свет в трейлере, чтобы с темной улицы меня не было видно, как в аквариуме. И выхватил из-под дивана лежавший там дробовик. Ремингтон был уже заряжен, так что я просто щелкнул предохранителем и встал сбоку от окна, осторожно выглядывая в него.

Машина тем временем неспешно остановилась, и из нее вышел человек. Спокойно закрыл дверь ключом и направился в сторону трейлера. Оружия в его руках видно не было, зато было что-то плоское и прямоугольное.

Я до рези в глазах вглядывался в идущую фигуру — зима подступала все ближе, так что солнце скрывалось за горизонт уже в шестом часу вечера. Так что сейчас на улице уже была непроглядная темень, разрываемая лишь редкими фонарями над дорожкой, по которой приехал «Форд».