Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 47 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

— Что бы ты там ни нашла, лучше не трогай это барахло, – буркнула ей Томпсон.

Карен, в отличие от Эллисон, поддалась интересу и, выложив ненужные конверты из коробки, вытащила заветный – последний. Пока Джонс внимательно вчитывалась в текст письма, Эллисон все же подошла ближе и с любопытством заглянула ей через плечо.

— Это чье-то дурацкое сочинение или правда в прошлом веке на этом месте была лаборатория, где ставили опыты на людях? – Карен подняла глаза на Томпсон, поскольку больше говорить было не с кем.

— Тогда я не удивлена, почему теперь на этом месте школа, – хмыкнула Эллисон.

Карен заглянула в конверт и увидела в нем какой-то небольшой предмет.

— Тут еще что-то лежит… – Она перевернула конверт, и ей на ладонь выпал ржавый ключ.

Не успела Джонс его рассмотреть, как вдруг ударила яркая молния, и по небу прокатил мощный раскат грома, отчего задрожала оконная рама.

Моргнули люстры над головами, со стеллажей посыпалась пыль. Вскрикнув от неожиданности, Эллисон схватилась за Карен, когда пол под ногами тряхнуло. Казалось, что непогода за окнами и землетрясение пытаются расплющить архив, как консервную банку! Мир сошел с ума, и вдруг все прекратилось. Люстры моргнули пару раз, одна погасла. Стеллажи перестало мотать, пол не уходил из-под ног. За окнами было все еще темно из-за непогоды и шел дождь. Но чего-то недоставало.

— Ты слышишь? – прошептала Карен, подмечая детали.

— Мой внутренний голос вопит, и я вместе с ним! Ты об этом говоришь? – огрызнулась Эллисон.

— В коридоре слишком тихо.

Карен перешагнула через разбросанные коробки с папками и вышла из архива. От увиденного в школьном коридоре по спине побежали мурашки.

— Эй, Джонс, ты специально меня пугаешь? – без издевки спросила Эллисон, и Карен услышала ее шаги. – Что ты увид… – Не договорив, Томпсон прижала ладони к губам, озираясь по сторонам.

Коридор выглядел так, словно стены царапал ужасный зверь, около потрескавшихся плинтусов лежали груды песка, штукатурки и кирпичные сколы, потолок утопал в темноте, а редкие электрические лампы слабо моргали. Длинный проход терялся в пыльной завесе, но куда ни посмотри, всюду была кровь. Размашистые брызги, длинные потеки, растекшиеся лужи, на клочья бумажных обоев налипали ошметки алых сгустков. Запах, стоящий в коридоре, подталкивал желчь к горлу.

Страх стянулся тугим узлом под ребрами, усложняя дыхание Карен.

— Какого… – пробормотала она и попятилась, врезавшись плечом в Эллисон.

— Мы пыли надышались, – испуганно прошептала та. – К черту все! Я ухожу. – Томпсон забежала в архив и тут же закричала.

Ее истеричный вопль заставил Карен испуганно сжаться.

— Эллисон! – Она бросилась в помещение и затормозила, врезаясь не в физическую преграду, а стоячую стену вони, из-за которой на глаза навернулись слезы.

— Джонс… На столах что-то лежит… – Эллисон попятилась к ней, с трудом выговаривая слова. – Что стало с архивом, черт возьми?! Это же… это больше похоже на морг!

Томпсон была права. Широкие окна архива сменились на узкие зарешеченные щелочки под высоким потолком, пол когда-то был выложен плиткой, а в центре помещения зиял слив, который окружило кольцо алого цвета. Кровь.

Помещение заполняли металлические шкафы и столы со сливными отверстиями. На холодных поверхностях лежали бесформенные туши, укрытые простынями, но те насквозь пропитались кровью и химикатами. Всюду был бардак, горы стекла, брызги крови. Помещение выглядело хуже, чем коридор. Вдруг в темном углу что-то зашевелилось, заскрипела колотая напольная плитка. Бесформенное нечто, прячущееся там, начало подниматься, обретая очертания то ли человека, то ли склизкого ползучего гада. Серая кожа блестела от слизи и крови, конечности бугрились узлами, что-то овальное и с натянутыми складками, видимо голова, обернулось к Карен и Эллисон.