Книга Секреты мертвых, страница 102 – Хизер Критчлоу

— Спасибо, Надя. Я очень признателен за все, что вы рассказали.

Кэлу отчаянно жаль эту женщину. Если ее показания окажутся важными, ему придется сообщить в полицию. Тогда ее карьера рухнет.

Он теряет ее из вида в толпе, разделяющейся на два потока, у основания которых находится Кэл, как валун, торчащий посреди реки. Энгес… Мог ли он убить свою жену? Неужели все это время печаль и смятение были напускными? И как Робби с Шоном справятся с трагедией, если потеряют еще и отца? «Во что я ввязался?» – корит себя Кэл.

В тумане задумчивости он еле замечает, что в кармане снова звонит телефон. Он нащупывает мобильник, подносит к уху. Это Крисси.

— Крис, прости.

В тоне дочери слышится недовольство:

— Пап, ну ты где? Я уже на Центральном вокзале. Ты что – перепутал станции?

— Крис, милая, прости. Я тебе все объясню через пару минут. Я сейчас подойду. – Кэл бросается к вокзалу. – Встретимся на выходе.

Не останавливаясь ни на секунду, он перебегает дорогу, лавируя между машинами и людьми. Сердце бешено колотится в груди. Обеденный перерыв не лучшее время для спринтерских забегов, но Кэл старается не сбавлять темп. Скорее! Скорее! К сверкающему стеклянному фасаду вокзала, перед которым стоит его дочь с одной сумкой, висящей на плече, и со второй, брошенной на асфальт у ее ног. Вон они – ее рыжие кудри. Они всегда выделяют Крис из толпы.

Кэл летит к дочери. Та поднимает глаза и смеется при виде того, как он на бегу разводит в стороны руки.

— Крисси.

Дочь уже в его объятиях. Она жива, здорова, и у нее все хорошо. Она уже не такая худющая, какой была в прошлом году. Кэл еще крепче прижимает ее к себе.

— О господи, папа. – Щеки Крис розовеют. – Ты такой неловкий.

— Я прощу тебя.

— Да?

— Да, прощу. Но при одном условии. Если съем сладкий пирог.

Подхватив сумку дочери, Кэл протягивает ей руку:

— Пошли! Я куплю тебе самый большой и самый сладкий пирог, который мы только найдем.

За чаем с кофейно-ореховым пирогом Кэл не сводит глаз с дочери и не перестает удивляться. Как заметно выросла Крис с тех пор, как пошла в подготовительный колледж! Раньше она всегда стремилась укротить свои кудри, подрезая их покороче и приглаживая гелями. Дочь словно хотела казаться маленькой и неприметной. А сейчас у нее такие объемные пышные локоны, ее глаза сияют, а ровная осанка говорит об ее уверенности. Она нашла себе друзей, парня и воспрянула духом. Но еще удивительнее то, что Кэла это не задевает так, как могло бы.

Заметив, что отец пристально изучает ее, Крис выгибает бровь:

— Что?

— Ничего! Просто рад тебя видеть. Я страшно соскучился.

— Спасибо, пап. Я тоже по тебе скучала.

— Как мама?

Крисси мечет в него быстрый взгляд, на ее лице отображается беспокойство.

— Не переживай так. Я поинтересовался искренне, без всякой задней мысли.

— Мама нормально. Она…

— Что?

— Не знаю, должна ли я это тебе говорить, но и не сказать, наверное, нельзя.

Кэл ждет, не желая принимать решение за дочь.

— Она встречается с одним человеком.

Кэл старается, чтобы губы, изогнутые в улыбке, не искривила досада.

— Это хорошо. Даже лучше, чем хорошо, – бормочет он. А в голове вертится вопрос: уж не с этим ли мужчиной его жена целовалась несколько месяцев назад?

Крисси наклоняет голову набок: