Книга Скрытая бухта, страница 17 – Мария Орунья

— Я это помню. Она очень ценила тебя. И полностью доверяла твоему профессионализму.

Мужчины несколько секунд молчали. Выражение лица адвоката вдруг сделалось суровым.

— Поверить не могу, что ее убийца уже на свободе.

— Да… Но это несчастный случай, Сан-Роман. Что ни день, таких инцидентов сотни, просто мы всегда думаем, что ни с нами, ни с кем-то из наших близких ничего подобного не произойдет. – Взгляд Оливера остался безмятежным, но лицо напряглось.

— Водитель был пьян. Его должны были посадить, а не приговаривать к исправительным работам. Ему вменили “непредумышленное убийство”, но вести машину в таком состоянии… Знаешь, Оливер, после стольких лет работы в этой сфере я не раз убеждался, что трусы и убийцы всегда находят лазейку в законе и прогибают его под себя.

— А я думал, этим занимаются адвокаты, – пошутил Оливер, пытаясь снять напряжение и сменить тему, ему совершенно не хотелось разговаривать о том, как однажды субботним вечером какой-то двадцатилетний алкаш сбил его мать на пешеходном переходе в Саутфилдс, на юге Лондона, когда та возвращалась домой из магазина.

Сан-Роман понял, что Оливер пытается перейти к менее личным темам. Однако его удивят сведения, за которыми он пришел сюда в поисках информации о своей семье. Что ж, Сан-Роман постарается изложить все как можно тактичнее, а Оливер пусть делает собственные выводы, ведь он парень смышленый.

— Оливер, я собрал для тебя документы о вилле “Марина”, о которых ты просил, но до того, как ты начнешь их изучать, я, как эксперт по юридическим вопросам, обязан пояснить кое-что.

Оливер изумленно приподнял брови. Этого еще не хватало, опять сюрпризы. Что от него скрывает этот старый лис? Он покорно вздохнул, готовый выслушать все, что адвокат собирается сказать.

— Слушаю.

Без дальнейших церемоний Сан-Роман раскрыл коричневую папку, лежавшую на столе, и достал несколько фотокопий, с виду совсем свежих. Он протянул их через стол Оливеру.

— Должно быть, ты в курсе, что твоя мать, будучи резидентом Британии, а позже получив британское гражданство, заключила брачный договор с раздельным владением собственностью, согласно англосаксонской модели, то есть в свободной форме, без обязательства оставить наследство детям, как того требует испанская норма.

— Я в курсе, – перебил Оливер. – Тем не менее думаю, что она достаточно разумно все поделила, не забыла про нас.

— Действительно, – кивнул Сан-Роман, – тебе она завещала виллу “Марина”, зная, что ты любишь бывать в Суансесе и Сантандере. Хоть дом и нуждается в серьезном ремонте, уже само его местоположение, возле пляжа, придает ему ценность.

— Не понимаю, к чему ты клонишь.

— Потерпи. Я расскажу тебе подробности, а ты составишь общую картину. Продолжим. Гильермо она оставила маленькую квартиру в Челси, в Лондоне…

Оливер снова перебил:

— Это вполне справедливо, ведь Гильермо плевать хотел на Суансес и Кантабрию, а любая квартира в Челси стоит куда дороже, чем самый роскошный особняк в Суансесе.

Сан-Роман улыбнулся.

— Не защищайся ты так, Оливер. Безусловно, это справедливо, особенно учитывая, что завещание было составлено несколько лет тому назад. Ни ваш лондонский адвокат, ни я – у меня хранится копия документа, которая сейчас перед тобой, – никогда не показывали вам завещания, подписанного вашей матерью. Это было сделано по ее просьбе. Она хотела, чтобы вам было известно о разделе имущества, но вы избежали возни с бумагами.