Книга Пристанище, страница 54 – Мария Орунья

Валентина несколько секунд размышляла.

— А могли ее накачать наркотиком во время ужина, чтобы… ну не знаю… раскрепостить или одурманить и таким образом склонить к половому акту?

— Ни в желудке, ни в крови жертвы нет наркотика. Более того, уровень алкоголя у нее в крови крайне низкий, совсем незначительный. Думаю, она выпила пару бокалов вина за ужином, едва ли больше.

— Ясно… А запах ванили?

Клара Мухика уверенно кивнула, словно у нее и на это был готов ответ.

— У дурмана сильный, даже неприятный запах, он отпугивает скот, так что эту траву животные не едят. Чтобы перебить запах дурмана, в мазь обычно добавляли эфирные масла. Выбор ванильного масла тоже характерен в сексуальном контексте – он считается афродизиаком.

— Да ладно! – недоверчиво протянул Ривейро.

— Именно так. И исследования подтверждают его эффективность. Вряд ли ты в курсе, но это был любимый афродизиак у индейцев доколумбовой Америки. Они считали ваниль божественным плодом.

— Мухика, только вот давай без доколумбовой Америки, – простонал Ривейро.

— Хорошо, а где можно раздобыть дурман? – спросила Валентина. – Ты что-нибудь об этом знаешь? И где это растение вообще распространено?

— Боюсь, дурман растет повсюду. По крайней мере, если верить интернету. Уточните у специалиста. Вроде бы в основном это растение распространено в Южной Америке и Индии, но семена его можно найти где угодно. Растет дурман на берегах рек, рядом со свалками, всякими заброшенными строениями – словом, сорняк.

— Кошмар какой-то, – сказал Ривейро. – Почему тогда его не истребят?

— Думаю, за это попросту бессмысленно браться, ведь дурман почти невозможно уничтожить. Даже если выжечь все поле, семена до восьми лет могут пролежать в почве, пусть даже прорастать и не будут.

— И правда трава дьявола, – вздохнул Ривейро.

Валентина встала и отошла к окну. Из кабинета открывался вид на сад Института судебной медицины. Она повернулась:

— А ты слышала про случаи с применением дурмана? Здесь или в других провинциях Испании?

— Нет, – покачала головой Мухика. – За всю мою карьеру я не припомню случая, когда дурман использовался как орудие убийства. Но дурман в ходу и сейчас, особенно популярен среди подростков. Они его заваривают, курят, он вызывает мощные и длительные галлюцинации, но ничего сверхъестественного, если не перебрать с дозой. Пару лет назад в Валенсии погибли двое ребят, приняв отвар из дурмана, но причиной был не дурман сам по себе, а его сочетание с другими наркотиками.

— М-да. Это выше моего понимания. – Валентина погрузилась в свои мысли, лицо ее будто окаменело.

Ривейро и Мухика молчали – оба знали, что старший брат лейтенанта погиб из-за наркотиков.

— Я вот что не могу понять, – заговорила Валентина, – если Ванду Карсавину убили во время сексуальных игр, частью которых был массаж, почему сам убийца не пострадал? Ведь и он должен был контактировать с ядом.

— Надел перчатки? – предположил Ривейро.

— Звучит не особо эротично. Если мы предполагаем, что секс был добровольный, жертву, я думаю, удивило бы, что партнер натягивает перчатки, чтобы к ней прикоснуться. Нет, сложно такое представить.

— Согласна, – кивнула Клара. – Думаю, тут все гораздо проще.

Валентина и Ривейро выжидающе посмотрели на судмедэксперта.