Книга Пристанище, страница 105 – Мария Орунья

Анна молчала.

— И как давно вы вместе? – Оливер не хотел даже смотреть на нее.

Он отошел к окну, за которым равнодушно поблескивало серебристо-синее море.

— Мы не специально, я…

— Черт, Анна, я не спрашивал, специально вы или нет. Я спрашиваю, как давно вы вместе. Так сложно ответить?

— Оливер, не все так просто. Мы больше не вместе, и уже около года я не получала от него никаких вестей.

Оливер обернулся:

— Разве Гильермо не в Непале?

— Не знаю.

— Как это – не знаешь?

— Мы расстались много месяцев назад.

Оливер посмотрел на Майкла. Тот покачал головой и сложил руки в молитвенном жесте, словно клялся, что он тут ни при чем.

— То есть он ничего не знает о матери?

— Нет. По крайней мере, когда мы были вместе, он ничего не знал. Я и сама совсем недавно узнала. Я пыталась найти его, но не смогла.

— Отчего же не смогла? Он что, снова куда-то умотал?

— Он просто исчез, Оливер, – потерянно ответила Анна. – Ты же знаешь своего брата.

— Получается, не знаю. А он, судя по всему, держит меня за идиота.

— Может, нам стоит сесть и все спокойно обсудить? – вмешался Майкл.

— Ну конечно, закажем пивка и чего-нибудь для дамы, – яростно сказал Оливер. Он посмотрел на Майкла и попытался взять себя в руки: – Прости.

— Все в порядке. – Майкл перевел взгляд на Анну и неожиданно резко сказал, кивком указав на диван и кресла. – Давайте-ка присядем.

Оливер повиновался и сел. Он ощущал, как колотится сердце, кулаки были сжаты так, что костяшки побелели.

— Рассказывай, – отрывисто сказал он.

Анна посмотрела на Майкла, ожидая поддержки, но тот и не думал проявлять сочувствие – было очевидно, на чьей он стороне.

— Ну, в общем… все получилось случайно. Гильермо появился в Патне спустя месяц после того, как исчез из Лансароте. Вы тогда еще и не думали беспокоиться за него. Он сказал, что звонил матери из Лансароте, предупредил, что увлекся новым проектом.

— Да, каким проектом, я уже понял, – не сдержался Оливер. – И как же он попал в Индию?

— На корабле. В Лансароте он сел на судно экологов, потом пересел на другое, которое уже доставило его в Индию.

— И что его туда потянуло? Ты? Вы тогда уже были вместе?

— Не совсем.

— Не пудри мне мозги, Анна, выкладывай без этих виляний.

Она поколебалась, прежде чем ответить.

— Оливер, когда я была больна, твой брат часто навещал меня в больнице. Мы хорошо друг друга понимали. Мы все потеряли.

— Что ты несешь, Анна? Да, ты заболела, но у тебя была семья… у тебя был я.

— Нет, Оливер. У меня были лишь иллюзии. Гильермо понимал меня по-настоящему, потому что сам столкнулся со смертью, он прочувствовал это на себе. Он понял, что жизнь обретает смысл, только когда пытаешься что-то изменить в этом мире. Он не хотел больше плыть по течению, Оливер.

— Ну да, разумеется, вы же наши спасители. Мир без вас развалится. Давай короче, без этой псевдофилософии. Выходит, у вас все закрутилось, когда ты лежала в больнице?

— Нет, – вздохнула она, – мы просто подружились. Ты же помнишь, что в Индию я уехала с Питером, с которым познакомилась на химиотерапии.

— Еще бы не помнить. Великолепный Питер, который забил тебе голову всякой чушью.

— Оливер, я говорила тебе, что мы ничего не планировали, так сложилось. Стечение обстоятельств, судьба… не знаю. Возможно, это было предначертано.