Книга Когда мы были непобедимы, страница 10 – Мария Орунья

— Но оно того стоит. У этого сада особое очарование. Я большую часть дня провожу тут, – хозяин указал на обустроенное рабочее место.

На небольшом возвышении стояла белая деревянная беседка, внутри – видавший виды старый письменный стол, заваленный папками, тетрадями… Здесь же лежал новенький ноутбук, смотревшийся в этом саду совершенно чужеродно. Возле стола честеровское кресло с наброшенным лоскутным покрывалом, этажерка с английскими книгами.

— Ух ты, а эта штука работает? – Ривейро подошел к большому, почти метр высотой, музыкальному автомату, стоящему за креслом.

Верхняя часть автомата переливалась всеми цветами радуги и своим видом явно отсылала к Америке пятидесятых. Карлос Грин пожал плечами:

— Работает, когда ему приспичит. Теоретически туда надо бросить монетку, но механизм живет своей жизнью. Порой, пока я работаю тут, он сам по себе включается. Я пытался открыть ящик с пластинками, но дверца не поддалась, напрочь заржавела.

— А вдруг там музыкальные редкости? – спросил Ривейро.

— Это вряд ли, – вздохнул Карлос. – По-моему, там только Нэт Кинг Коул, Билли Холидей, Элвис Пресли и Патти Пейдж. В общем, сплошь музыка пятидесятых.

— Так вы здесь работаете? – спросила Валентина, рассматривая письменный стол.

Ретромузыка ее мало интересовала.

— Да, я писатель.

— Да, мне сказали. Один живете?

— Один, но сюда я приехал на лето.

— Очуметь! – встрял Сабадель. – Один в таком огромном доме! Прямо как Джек Николсон!

При виде каменного лица Валентины младший лейтенант прикусил язык. Карлос Грин, от которого ускользнул смысл слов Сабаделя, недоуменно молчал. Валентина уже было заговорила, но тут до Грина дошло, и он расхохотался, взъерошив свои светлые волосы.

— А, как в “Сиянии” с Джеком Николсоном! Конечно! Как я сразу не сообразил. Вот только я, сеньор Сабадель, не хотел бы сойти с ума… – Внезапно он сделался серьезным. – Однако в этом доме творится что-то странное.

— Странное?

— Да, лейтенант. Еще когда… патруль…

— Патрульные гражданской гвардии, – подсказала Валентина.

— Да, они самые. Когда патрульные спросили меня, не могло ли что-то сильно напугать Лео или не видел ли я сам в доме посторонних… Я им сказал – и вам сейчас повторю, – что никого не видел, но у меня отчетливое ощущение, что кто-то или что-то, кроме меня, живет в этом доме. Не подумайте, что я умом тронулся, но мне постоянно слышатся скрипы, шорохи, не знаю даже, как описать… Вам знакомо чувство, будто за вами кто-то следит?

Валентина не торопилась с ответом и внимательно наблюдала за собеседником. Карлос Грин вовсе не производил впечатление полоумного. Загорелый блондин в хорошей спортивной форме (по крайней мере, с виду), одет в простую белую футболку и шорты, очень даже привлекательный. Но разве угадаешь, что скрывается за ясными глазами сеньора Грина? Валентина прекрасно знала, как умело некоторые маскируются.

— Подобные места могут сыграть злую шутку с нашим воображением, сеньор Грин.

— Вы правы. Но Лео тоже говорил, что видел и слышал всякое. И Пилар. Вы ее расспросите.

— Что именно они слышали и видели?

— Тени, звуки шагов, необъяснимые дуновения холодного воздуха, свет в комнатах, где его никто не включал…

Валентина скептически вздохнула.

— Сеньор Грин, я обратила внимание на сигнализацию у входа. Она включена?