Книга Что скрывает прилив?, страница 97 – Мария Орунья

Итальянец побледнел и несколько секунд не мог оправиться от изумления.

— Но… но… Как нас могли увидеть, если мы тут были одни?

Валентина указала на два зеркала при входе в парадную столовую:

— Это не зеркала, а окна. Из комнаты переводчиков.

Итальянец мгновенно покрылся испариной, уже понимая, чем это ему грозит.

— О, ради всего святого! И теперь вы думаете, что я убил Маргариту? Нет, нет, нет… Ни в коем случае! У вас нет доказательств… Вы же видели, какая она толстуха? Да наверняка эту поганку просто удар хватил!

— Успокойтесь, сеньор Фьоре. Мы хотим знать, что произошло в тот вечер, когда Маргарита застала вас с Юдит в этом помещении.

— Это… это… она неправильно поняла! Слышите! Она неправильно все поняла! Не совершал я никаких действий с Юдит, совсем никаких! Мы просто разговаривали… И тут явилась эта секретарша, которая всюду сует свой нос, потому что ей больше нечем заняться – своей-то жизни нет, cazzo! Стала нести какой-то бред, Юдит велела ей перестать вести себя как безумная и пороть чушь, и она мигом успокоилась. Вот и все.

— Нет, сеньор Фьоре, – взгляд Валентины был чистый лед, – не все. Разве Маргарита не угрожала, что донесет на вас из-за ставок на спорт?

— Донесет на меня? Нет… Не знаю, не помню такого. Эта женщина всем угрожала по каждому поводу, обычная ее манера. Она была помешана на Юдит, да какое там, влюблена в нее! Любого, кто сближался с Юдит, принимала в штыки и начинала придираться, ясно? А что касается ставок – это в прошлом, и я чист. Сами проверьте! – заключил он и сжал губы.

Сабадель прищурился, пощелкал языком и вклинился в допрос:

— Уверены, приятель? Потому что если вы не чисты, мы это выясним за пару часов. Если вам есть что сказать, – он выдержал театральную паузу, – говорите сейчас.

Валентина обреченно глянула на Ривейро, подумав в который раз, что с Сабаделем нужно изрядное терпение. Она бросила предостерегающий взгляд на младшего лейтенанта, призывая его помолчать. Марта Торрес с интересом наблюдала за всей этой сценой, будто на практическом занятии в академии.

Марко Фьоре решительно поднялся. По его лицу было видно: он ни секунды не сомневается, что уголовной полиции нечего ему предъявить, и от этой уверенности сеньор Фьоре преисполнился невероятного достоинства. Что еще за нелепые разговоры о том, будто Маргарита застала его с Юдит? Неважно, кто там посмел сунуть нос в его дела и что-то углядел из-за зеркала, – обе женщины мертвы и не опровергнут его слова.

— Это все? У вас больше ничего нет? Если так, то я предпочел бы уйти и отдохнуть.

— Нет, – остановила его Валентина, – это не все, сеньор Фьоре. Скажите, где вы были, когда Маргарите стало плохо?

— Уверяю вас, что не с ней, потому что я ее терпеть не мог и держался от нее подальше.

— Понятно. Но я спросила, где вы были, а вы не ответили.

— Где я был? Это же коктейльная вечеринка, ради всего святого! На коктейле никто не торчит на одном месте, как статуя…

— Несмотря на то что видеозапись мероприятия не велась, мы установили, что некоторые гости снимали фото и видео. Оргкомитет конференции также вел фотосъемку. Поэтому убедительно прошу вас ответить честно и по существу. Мы проверим каждую секунду записей, не сомневайтесь.

Марко немного поколебался, но быстро собрался с мыслями.