Книга Что скрывает прилив?, страница 20 – Мария Орунья

— Действительно, очень странное дело, – согласилась агент Торрес.

— Да, странностей пока немало. Надо ждать отчет судмедэкспертизы, он наверняка поможет что-то прояснить. Кстати, Ривейро, не позвонишь Мухике? Вдруг у нее уже есть какие-то предварительные сведения?

— Рановато, вряд ли… – засомневался сержант. – Может, лучше ты сама…

— Нет, если я позвоню сама, лучше не будет, если ты об этом.

Отказ Валентины был мягким – предложение Ривейро не оспаривало ее авторитет, а просто шло вразрез со сложившейся практикой. До того, как случилась трагедия, обычно именно она связывалась с Кларой Мухикой.

— Вскрытия начинаются рано, возможно, она уже может что-то сообщить. Давай, звони.

Ривейро прошел в кабинет Валентины, чтобы спокойно поговорить по телефону. Он достал блокнот, который все время носил в кармане, и взял ручку со стола лейтенанта, где царили безупречный порядок и чистота. Валентина же погрузилась в изучение плана корабля, отчетов морслужбы и тех врачей “скорой”, которые занимались Юдит Помбо. В общую комнату долетали обрывки разговора.

— Знаю, знаю, что рано… Она занята с командой, у нас тут летучка. Понятно, передам… Да, конечно, понимаю, что предварительно! Хорошо, подожду… Нисколько не трудно.

Валентина подошла к Ривейро, прикрыла за собой дверь и взглядом спросила, что говорит судмедэксперт. Сержант отвел в сторону мобильный.

— Говорит, дайте хоть руки вымыть, она только что закончила. Грозится, что в следующий раз не возьмет трубку, если будем лезть к ней в яичники в такую рань.

Валентина улыбнулась:

— Узнаю Клару.

Ривейро прикусил нижнюю губу и покачал головой. Ну что ж, Валентина хотя бы улыбается. И он знал, что Клара их ценит – и его, и особенно лейтенанта. Клара Мухика и была столь хорошим специалистом как раз потому, что считала эту работу своим призванием. Унаследовав внушительное состояние, Клара могла позволить себе уйти на покой, но она продолжала работать. Ривейро отлично с ней ладил, хотя и подозревал, что судмед в разговорах с ним намеренно сыплет медицинскими терминами. Сержант знаком показал Валентине, что Клара вернулась к телефону.

— Колющий предмет треугольного сечения… Да, записываю. Кровь в перикарде… тампонада сердца… Да, да, понятно. Сердце перестает качать кровь – и готово. Что? А это еще что за штука? Нет, ничего подобного не встречалось… В общем, если коротко, то ее закололи в сердце, так? Ага. Конечно, конечно… А самоубийство?.. Ясно, понял. А не могло?.. А. Все ясно, большое спасибо. Конечно. Знаю. Передам. Спасибо.

Ривейро закончил говорить и наткнулся на нетерпеливый взгляд Валентины. На секунду ему показалось, что ее глаза стали одного цвета, но она отступила на шаг, и сержант понял, что одинаковыми в глазах Валентины были только печаль и отчужденность, к которой она добровольно себя приговорила.

— Говорит, чтобы ты ей позвонила. И я думаю, тебе стоит это сделать. Поговорить с ней и с… Сама знаешь. Оливер тебя тоже…

Валентина не отвела взгляд.

— Спасибо за совет, папочка. Но нужды в нем нет. – И коснулась плеча сержанта, еще раз поблагодарив взглядом.

Ривейро понял, что сейчас он не в силах ни убедить Валентину, ни как-то на нее повлиять.

— Так что там со вскрытием?

— Пока только предварительно, результаты гистологии и токсикологии будут разве что через несколько недель…