Книга Что скрывает прилив?, страница 115 – Мария Орунья

— Ну вот, опять мы вернулись туда же, откуда начали, – вздохнул Камарго.

— Ты оптимист, как всегда, – кольнула его Торрес. – Но мы все-таки не совсем туда же вернулись, ведь нам подтвердили, что итальянец и вправду может иметь отношение к нелегальным ставкам.

— Доказательств-то нет.

— Но его деятельность начнут расследовать.

— Допустим, но этого недостаточно, чтобы предъявить ему обвинение или хотя бы выставить как мотив убийства.

Тут зазвонил телефон, и Камарго поспешил ответить. После нескольких “ага” и “ого” капрал рассыпался в благодарностях и снова повернулся к Торрес:

— Смотри, как удачно, Сабаделю даже не придется тебя выручать и звонить криминалистам.

— Почему? Это они звонили?

— Именно. Есть две хорошие новости, с какой начать?

— Ну и вопрос, – рассмеялась Торрес. Ей с каждым днем все больше нравилось работать с капралом Камарго.

— Ты выиграла. Сначала хорошая. Двое криминалистов отправились в теннисный клуб, и там исполняющий обязанности президента дал им доступ к компьютерам, без всяких ордеров и так далее. Они уже занимаются компьютером Маргариты. А ее телефон у них и так со вчерашнего дня, он в ее сумочке лежал, причем даже не запароленный.

— А как же безопасность личных данных? Нужно же заручиться разрешением судьи, чтобы…

— Да я же говорю, он без пароля. И является вещественным доказательством в деле об убийстве. Точнее, двух дел. Тем более судья нам обещал карт-бланш, разве нет?

Торрес улыбнулась:

— Круто. А вторая новость?

— В общем, техники сопоставили время, прочесали переписку и звонки Юдит Помбо, и похоже, что она не открывала почту с тех пор, как прилетела из Лондона.

Марта встала и подошла к столу капрала.

— Это логично. Рейс задержали, она торопилась на мероприятие на шхуне… Когда бы она успела?

— Да, но тогда получается, что пока она была в каюте, она не проверяла ни сообщения, ни почту и никому не звонила, – заметил Субисаррета. – И, если не ошибаюсь, мы убедились, что и туалетом она не пользовалась, а ведь вроде как именно за этим и ушла в каюту.

Марта обхватила пальцами подбородок и с полминуты молчала, а затем произнесла вслух то, о чем думали все трое:

— Ну и чем же тогда, черт побери, Юдит Помбо десять минут занималась в каюте с того момента, как заперла дверь, и до того, как умерла?

Валентина Редондо выслушала Камарго и даже успела пересказать новости Ривейро, пока они ждали Меланию Помбо в маленькой гостиной огромного особняка в Маталеньясе. Мелания сказала, что ей нужно немного времени, чтобы привести себя в порядок. Судья и секретарь еще не прибыли, зато судмедэксперт уже заканчивал первичный осмотр тела, а в большом салоне теснились гости с соболезнованиями, которые некому было принимать.

Валентина и Ривейро уже видели тело старушки – она лежала в своей постели, как будто спокойно спала, не ведая, что последний сон уже не досмотрит. Кресло-коляска возле кровати еще хранило память о хрупком теле пожилой дамы. Если не считать чуть перекошенного рта хозяйки спальни, ни Валентина, ни Ривейро не заметили ничего, что расходилось бы с представлением о мирной смерти. Ни признаков насилия, ни чего-то, что наводило бы на подозрения об убийстве. Однако если Маргариту Родригес отравили цианистым калием, то и Элоису Монтес вполне могли убить тем же способом.