Книга Хроники дальних дорог, страница 133 – Иар Эльтеррус

— Господи! — обхватила щеки ладонями женщина. — И здесь эта тварь…

— По его поводу можете уже не беспокоиться, — с улыбкой заверил молодой капитан.

В общем, ни эта женщина, ни ее новая родина не интересовали его ни в малейшей степени, и Артем постарался побыстрее свернуть бесполезный разговор, передав эстафету экспертам, которым, наоборот, было очень интересно куртуазно пообщаться с земной дамой, да еще и из дворян. А его ждал допрос фюрера, которого уже доставили в медсекцию. К сожалению, ментоскопирование проводить до разрушения природной защиты рискованно, может сойти с ума, а Артем хотел, чтобы поганая тварь прочувствовала наказание в полной мере. Но как разговорить Адольфа он уже знал. Точнее, предполагал. Да и защиту это сорвет, скорее всего.

Попрощавшись, Странник двинулся в медсекцию, предупредив через имплант Ольгу Петровну, что вскоре будет. Полковник с шестью десантниками и пленником тоже ждали его там. Одновременно Артем словно подключился к чему-то невероятно огромному, всеобъемлющему, связанному со всем в бесконечном мироздании, с каждой вселенной и каждым миром.

Войдя в небольшой зал недалеко от медсекции, где располагались специализированные капсулы для ментоскопирования, Артем сразу увидел мешок, из которого торчала взлохмаченная голова с седыми усиками под носом. Маску немецкого он наложил на себя заранее, использовав, как донора, Карла Генриховича. С его согласия, конечно. И теперь знал язык Гете и Шиллера в совершенстве. Юноша подошел к фюреру и пристально посмотрел в его бегающие глазки. Надо же, словно вор, на базаре курицу укравший.

— Господин капитан, Адольф Шикльгрубер, по кличке Гитлер, доставлен для следствия! — щелкнув каблуками, доложил фон Бревен. — Какие будут приказания?

— Минуту, полковник, — поднял ладонь Артем, продолжая смотреть на человекообразную тварь, погубившую десятки миллионов человек ради каких-то своих полубезумных идей. — Я сначала кое-что продемонстрирую нашему пленному, чтобы он не питал никаких иллюзий. Потом займемся допросом. Выймите кляп.

Кто-то из десантников вытащил резиновый кляп, и фюрер заперхал, откашливаясь. Только через пару минут он смог выдохнуть:

— Ч-что?.. Ч-что в-вам н-нужно?.. К-кто в-вы?..

— Думаю, тебе уже сказали, кто, — зло усмехнулся юноша. — Русские мы. Я вот наполовину француз, Карл Генрихович со товарищи — немцы, в рубке еврей, кореец, бурят, русский, украинец и многие другие, а все вместе мы — именно русские. И мало того, русские, знающие, что ты сотворил у нас дома. Помнящие это и ничего не простившие. Понял, тварь?..

— П-понял… — губы Адольфа дрожали, из глаз буквально лилась ненависть. — Что ж вы все портите, недочеловеки поганые, а?

— Нет, ну какова наглость! — покачал головой Артем. — Мы портим! Не позволив себя победить и поработить?

— Да, унтерменши должны знать свое место и покорно целовать сапоги немецкого сверхчеловека! — с яростью выплюнул фюрер. — Должны дохнуть по команде! А вы отпор дали! Да как вы посмели?!! Вас вообще не должно быть! Вы дикари!!! Варвары!!!

— Ну и как вам картина, Карл Генрихович? — повернулся к полковнику юноша.

— Отменно омерзительна, — скривился тот. — И за этой визжащей тварью пошел немецкий народ?.. Не понимаю…

— Никто не понимает, — вздохнул Артем. — Это было какое-то помешательство. Свою роль, конечно, сыграло то, что после поражения в Первой Мировой войне об немцев только ленивый ноги не вытирал, в стране был голод, отчаяние и безработица. А этот скот, — он кивнул на ничего не понимающего Адольфа, поскольку говорили они по-русски, — надо отдать ему должное, за несколько лет поднял экономику, создал сильную армию и многое другое. Потом пообещал отомстить за унижение Германии. Если бы не его человеконенавистнические идеи по поводу юбер и унтерменшей, то немцы запомнили бы его, как одного из величайших правителей. Но все сделанное им было посвящено одной цели — предстоящей войне. Вы знакомы с историей Второй Мировой, насколько мне известно.