Книга Символы дальних дорог, страница 48 – Иар Эльтеррус

Но при этом чужак ни с кем не общается, старается держаться в отдалении от остальных студиозусов, всем своим видом говоря: «Оставьте меня в покое!». Почему, интересно? Ему не интересны сверстники? Вполне возможно, Тирена и самого растили в отцовском замке старики-мастера, в результате чего интересы соседей-аристократов стали ему совершенно чужды, потому и посвятил всего себя учебе, став мастером по двум дисциплинам в двадцать четыре года — невероятная редкость для столь молодого человека. Сам ректор Авигдор предложил маркизу Сверадо место ассистента после того, как ознакомился с его работой, представленной на защиту степени. Может лорд Дар быть таким же увлеченным ученым? Вполне может. Или же бродягой, который хочет только шастать по дальним уголками Миросплетения. Довольно часто качества ученого и бродяги совмещались, Тирен и сам был непрочь иногда забираться в далекие и малодоступные места, особенно если там обнаруживали артефакты древних.

Наконец магистр привел студиозусов в большую полукруглую аудиторию, в которой имелось строго двенадцать мест — такое число студиозусов в подгруппе было принято изначально. Меньшим оно бывало, а вот большим — никогда. Три ряда удобных кресел и рабочих столов, расположенных амфитеатром и оборудованных всем необходимым для обучения, каждый ряд делился надвое, оставляя проход между двумя левыми и двумя правыми. Лорд Дар решительно занял место в первом ряду у дальней от входа стены. Шестеро молодых аристократов предпочли верхние ряды. Остальные расселись кто где. Осталась только Гинтара Олено, похожая на серую мышку девушка, почти не поднимающая глаз от пола, одета она была чуть ли не как монашка. Осталось только одно свободное место — рядом с иноземцем, и бедняжка смотрела на страшного чужака затравленным взглядом, явно боясь его больше смерти. Только минуты через две она решилась и почти неслышно спросила, не будет ли уважаемый лорд против, если она сядет рядом с ним.

— Садитесь, — безразлично ответил тот, раскладывая на парте какие-то непонятные приспособления и тетради, один вид которого заставил Тирена хмыкнуть, он никогда ничего подобного не видел. Это где, интересно, такие делают? Надо будет узнать, на удивление хороши.

Вместо перьевой ручки лорд положил рядом с тетрадью какой-то странный стержень, по боку которого все время пробегала цепочка крохотных огоньков, но при этом никакой магии от него не исходило. Да уж, только судя по увиденному становится ясно, что этот молодой человек очень издалека.

Дождавшись, пока студиозусы подготовятся к лекции, Тирен заговорил:

— Итак, магия, дамы и господа. Что это такое, как по-вашему? Лэнтесса Наргито?

— Магия — это сила, исходящая от самого Творца, которой могут пользоваться немногие избранные разумные, чтобы создавать то, чего не могут создать остальные, — пробубнила та стандартное определение.

— Это все? — прищурился преподаватель. — Больше ничего не можете добавить?

— Нет… — несколько растерянно ответила Илена. — В начальной школе давалось только такое определение.

— Ох уж эти мне начальные школы… — вдохнул Тирен. — Никто не хочет добавить что-либо?

— Позвольте? — поднял руку лорд Дар.

— Конечно, — кивнул магистр. — А зачем вы подняли руку?

— По привычке, — ответил иноземец. — В наших школах ученик так сообщает учителю, что хочет отвечать.