Книга Призраки дальних дорог, страница 128 – Иар Эльтеррус

В школе преподаватели, вдохновленные Шестым, взялись за Артема так, что он выл и стонал, но осваивал плетение за плетением, причем исключительно на практике. Теорию юноша, как говорил Зорхас, тупо загонял в память импланта, разбираясь в ней только на самом минимальном уровне, необходимом для использования. Его буквально накачивали разного рода плетениями и связками, боевыми и бытовыми, позволяющими магу выжить и комфортно устроиться везде, где есть хотя бы капля магической энергии. Да и там, где нет, тоже — накопители, причем огромной емкости, чуть ли не каждый день вживляли ему прямо в кости скелета. Для архимагистров магии Жизни и Некромантии это было не слишком сложно, хоть и тяжеловато, но мэтр Гуатор и Илланиэль старались вовсю — просьбами таких сущностей, как Шестой Авари, не манкируют.

Зорхас оказался также прав в том, что Призраки найдут способ нагадить Артему, хоть им и перекрыли прямой доступ в Миросплетение. Наемные убийцы пошли потоком. Они проникали даже в школу, что крайне возмутило ее персонал — архимагистры не пощадили никого из наглецов, и смерть их легкой не была. А уж попыток проникнуть в Дом Призраков было столько, что слов нет — в день до тридцати-сорока. Большинство сгорало, пытаясь преодолеть стены, остальных расстреливали патрульные дроиды. Выйти в город юноша теперь мог только под охраной, даже в королевском дворце попадались самоубийцы, бросавшиеся на него. Причем все они были с явными признаками зомбирования — бешеные глаза, полная неадекватность и так далее. Ну да неудивительно, в здравом уме ни один аристократ после последних событий на лорда Дара не полез бы. Это все не вызывало особых проблем, охрана справлялась, но сильно раздражало.

Нападения продолжались, пока однажды не проявился Судия, вытащивший Артема в ментал и заставивший нанести особого рода удар, после которого по всему пространству разнесся вой боли и невнятные угрозы. После чего все прекратилось, у юноши даже возникло ощущения, что древний бог выжег какие-то пути, причем выжег напрочь, не оставив ни единой лазейки. Вот только беда, что на вопросы Судия не отвечал, и его реакция на случившееся за последнее время осталась неизвестной. Да и понимания, что именно он сделал, тоже не было. Единственное, что дал понять своему аватару бог Справедливости, это осознание того, что вскоре ему снова придется оную справедливость где-то наводить.

Молодой Странник понимал, что сам во всем виноват, что ему помогают выжить, вдалбливая в голову побольше знаний, но святые боги, как же все это раздражало. Если честно, он искренне сожалел, что собрал Клан, ему куда интереснее было бы в одиночку бродить по мирам и вселенным, ни с кем не сходясь близко. Ведь именно в этом суть любого Странника. Одновременно он понимал, что «Петроград» — его дом, от которого он никогда не откажется. Парадокс. И как его разрешить юноша пока не знал. Надо бы выяснить, как живут взрослые Авари, ведь у каждого из них тоже есть домен. Но не сидят же они в этом домене безвылазно? Однозначно нет. Ох, как же паршиво быть ничего не понимающим недоучкой! Осознав эту истину, Артем тяжело вздохнул, но вгрызся в учебу с новой силой, не щадя себя.

Труднее всего почему-то давалась кровная магия. А ведь при атаке монастыря он применял кровные заклятия такого уровня, что местным и не снились. Но предпочел не распространяться об этом. Понемного начал понимать, что его глупая откровенность ему же неприятности и причиняет. Правда, в интригах и прочих межличностных играх участвовать все так же не желал. Противно было.