Книга Закутки дальних дорог, страница 54 – Иар Эльтеррус

Однако Рамакаситоламин с ними в казармах не было, она такого не понимала, не принимала и спала исключительно с Бором. Любовь-судьба, и этим все сказано. Даже суккуба осознавала, что не ей идти против этого, и оставила цвергу с ее возлюбленным в покое. Однако дружить с остальными девчатами та не прекратила.

Второй причиной радости Таланиэль было то, что вчера Карл Генрихович выполнил ее просьбу забрать родителей из Заповедного леса. Невзирая на то, что «Петроград» сейчас находился в неизмеримой дали от Таланга, он являлся одним целым с Домом Призраком, и туда всегда можно было пройти, просто пожелав этого. Полковник отправил с ученицей Ольги Петровны двух воительниц из отряда госпожи Тиаты — рыжую Гаиру и чернявую Лонару, выделив им челнок под управлением одного из пилотов-истребителей. Девушки каким-то образом поняли, чем эльфийка занималась прошлой ночью, возможно, уловив ее запах, поскольку Таланиэль и до сих пор пребывала в возбуждении, и принялись расспрашивать. Понятие стыдливости, как уже говорилось, за последнее время стало для девушки совершенно чуждым, и она с удовольствием и в подробностях рассказала обо всем, вызвав неприкрытые восхищение и зависть воительниц. Те сразу договорились в первое же увольнение навестить орочьи казармы — до сих пор свободных дней им почти не выпадало, гоняли так, что вечерами они с трудом добирались до постели, падали и засыпали мертвым сном. Не до мужчин как-то было. Но через декаду госпожа воинов пообещала своим отчаянным девчатам целых три дня отдыха, и они собирались в эти дни оторваться по полной. Так, чтобы демонам в аду стало тошно.

Когда на Тенистой аллее Заповедного леса, где жила эльфийская беднота, опустилась огромная железная птица, перворожденные сперва разбежались, думая, что это нападение, а затем немногие находившиеся сейчас дома, а не на работе, мужчины, похватали какое у кого было оружие и решительно двинулись к птице. Среди них был и однорукий Гилар Давего из Дома Белых Цветов, отец Таланиэль. Поэтому, как только откинулась аппарель, девушка слетела по ней с отчаянным воплем:

— Папка!!!

— Светлячок мой! — выронил топор бывший сержант Лесной стражи и обнял единственной рукой любимую дочурку, которую уж и не чаял когда-либо увидеть. — Ты откуда здесь?..

— За вами с мамой прилетела! — решительно заявила эльфийка. — Нас знаешь кому подарили?

— Какому-то людскому лорду.

— Не людскому, папа, а владыке Артему, Страннику линии Авари! Так что я теперь под такой защитой, что никому и не снилось!

— Авари?! — чуть не упал от такого известия Гилар. — Великая честь!

— Да, — резко кивнула Таланиэль. — И мне разрешили забрать в Клан семью! Я ученица Целителя! А магическому исцелению меня сама архимагистр Лаортаналь учит.

— Но ведь это значит, что тебе... — помрачнел бывший сержант. — Э-э-э... Придется...

— Отдаваться многим мужчинам, — с усмешкой закончила за него девушка. — Ничего страшного, меня это вполне устраивает. Ты же смирился с тем, что это даже маме иногда нужно, хоть она и недоученная целительница?

— Смирился, — тяжело вздохнул Гилар. — Но ты...

— Папка, да пойми ты, это не имеет ни малейшего значения! — колокольчиком рассмеялась Таланиэль. — Мне это нравится, это моя жизнь, и я такая, как есть, другой не стану. Зато у тебя уже через несколько дней будет новая рука! Понимаешь? Новая рука! И раны на спине заживут по-настоящему, а не только ссохнутся!