Книга Мой лифт — Моя крепость, страница 19 – Андрей Проходский, Павел Кабаргов

Между стволами двигалось что-то большое, ломая молодые деревья. Из тумана показались длинные чёрные лапы. Затем выползло плоское тело, покрытое блестящим хитином.

Это был паук размером с легковой автомобиль.

Под ним и вокруг него бежали десятки других. Одни были с собаку, те, что шли следом, вымахали до габаритов трёхлетнего телёнка, пока остальные были и того больше. Они двигались быстрыми рывками, а суставчатые лапы сухо стучали по асфальту.

Один серый не успел добежать до входа. Паук молниеносным рывком настиг его возле шлагбаума, поднял над землёй передними лапами. Коротышка закричал и ударил копьём куда-то в район панциря, но, к его несчастью, каменный наконечник лишь бесполезно отскочил, не оставив ни царапины. И вот челюсти сомкнулись на его верхней части, оставляя ноги болтаться в приступе последней агонии.

Виктор Семёнович смотрел на всё это через большое окно, не в силах пошевелиться.

Только теперь он понял, почему серые постоянно оглядывались. Почему многие были ранены ещё до того, как добрались до людей. Почему, ворвавшись в торговый центр, они продолжали бежать без оглядки.

Они не пришли для набега. Они сами спасались от ещё большей угрозы.

Мелкие пауки хлынули через разбитые гоблинами окна. Внутри поднялась новая волна криков. Люди и серые существа теперь бежали в одном направлении.

Крупный паук попытался пролезть через вход, застрял раздутым брюхом и начал ломать остатки стеклянной рамы.

Остальные, что добрались до стены торгового центра, подняли передние лапы, зацепились за стык облицовочных панелей и поползли вверх.

Десятки чёрных тел растекались по фасаду, цеплялись за выступы, решётки и оконные рамы. Они направлялись к крыше торгового центра — туда, где находился двор жилого комплекса.

— Жилой сектор, приём! — Виктор Семёнович включил рацию. — Они по стенам лезут!

— Кто лезет? И кто вообще говорит?

— Пауки! Огромные! Они через минуту у вас будут!

Ответом стали помехи.

Часть пауков полезла по опорам крытого перехода над дорогой. Мелкие твари быстро добрались до стеклянной галереи. Внутри ещё оставались люди. Тёмные силуэты метались за окнами и били в запертые двери.

Виктор Семёнович поднял голову.

В отдельных окнах горело аварийное освещение. На одном из балконов стояли мужчина и женщина, что снимали происходящее на телефоны. Они смотрели на лес и бойню у торгового центра. И не замечали чёрных точек, уже поднимавшихся по стене под ними.

Над башней прошёл огромный крылатый силуэт. Он на мгновение закрыл собой багровый свет, затем сложил крылья и устремился к верхним этажам.

— Башня семь, ответьте, — прохрипел Виктор Семёнович. — Смотрите вниз. Они уже у вас на фасаде.

Тишина была ему ответом.

Люди наверху наверняка считали, что успели запереться и теперь в полной безопасности. Но они не понимали, в каком кошмаре оказались. Да и никто вообще не понимал.

Вокруг была тьма. Не обычный сумрак комнаты с зашторенными окнами, а абсолютная, плотная чернота, в которой невозможно понять, открыты у тебя глаза или нет.

Несколько секунд я просто лежал, не решаясь пошевелить даже рукой.

Под спиной холодил рифлёный металл пола. Левая рука затекла так, что я её почти не чувствовал. Рот пересох, будто язык за ночь превратился в старую губку. Глаза всё ещё болели после перцового газа, а в нос бил тяжёлый запах крови.