Книга Две короны, страница 31 – Юрий Соколов

— Слушаюсь, господин.

— Иди-ка в лагерь, — предложил мне Айк. — Мы с Аврелием тут проследим за порядком.

— На примерку личины позови. Можешь сам первым испытать. Ведь тебе ее носить вместо меня, если что.

— Испытаю, не сомневайся. И на Аврелия ее натяну, и, если хочешь, на Люцифера. Никогда не пробовал набросить личину разумного на коня? Забавно получается!

— А ты, конечно, пробовал… Бедный твой конь! Представляю, сколько и чего он перенес. То-то ты до сих пор безлошадный. Как ни встретимся, все пешком ходишь. Отхватил запрет на владение маунтами за жестокое обращение с животными?

Повернувшись, я взял курс на свой растянутый посреди лагеря навес. Щас как заберусь под него! Что-то я устал сверх нормы. Пожалуй, заказанной примерки дожидаться не буду: личина от меня никуда не убежит. Лучше посплю… Так я и поступил. Лег раньше всех и проснулся раньше всех, отлично отдохнув, так как на дежурства не вставал. Хорошо иногда побыть начальником!

Айк, поднявшись, доложил, что Мокиах содрал с вампира прямо-таки шедевральный образ. Без изъянов.

— По крайней мере я их не вижу, — сказал он. — Возможно, что-то заметил бы маг моего уровня или выше. И то ему сперва надо заподозрить использование разумным фальшивки.

Я подозвал Мокиаха и вручил ему кошелек с тысячей золотых. Кнут в виде кокона страданий уже применял, пришел черед пряников.

— Ты необычайно щедр, господин! — поклонился некрос. — Мои труды на твое благо столько не стоят.

— За хорошую работу и следует платить щедро, — ответил я. — Поступай все так, было бы больше старательных работников… И вот тебе еще полтысячи сверху. За молчание. Раскрывать рот и болтать о случившемся здесь, если у тебя такое желание появится, ты вправе сколько угодно после того, как услышишь о смерти Анзенкама Форгартского. А до этого — ни-ни! Иначе я сдержу обещание насчет помещения тебя в кокон на весьма долгий срок.

— Помилуй, господин! — воскликнул Мокиах, боязливо пряча руки за спину. — Вдруг Анзенкам узнает о произошедшем иным способом, не от меня? Как ты поймешь, что проболтался не я? Поверь — буду молчать и так, без дополнительной платы. Однако не возлагай сохранение тайны на меня одного!

— Тогда поехали с нами в Зальм. Посидишь еще в замке. Понятно, уже не в подземелье. Помещение тебе выделят — я договорюсь с градоначальником. В город не выходи, ни с кем не общайся, и в случае чего окажешься свободен от подозрений. Годится?

— Согласен, согласен! Прошу лишь, чтоб комнату дали рядом с книгохранилищем, если возможно. В Зальме книгохранилище есть, большое! И находится оно как раз в замке. Проведу время с пользой, набираясь знаний мудрецов ушедших столетий.

«Только не рассчитывай обнаружить у тех мудрецов инструкций по изъятию у старушки-смерти материализованных призраков, — подумал я. — Это мое ноу-хау, секрет которого и современные мудрецы узнают нескоро». Но вслух говорить, конечно, ничего не стал. Благосклонно кивнув некросу, примерил личину. Чисто по-человечески она мне понравилась ничуть не более той, что когда-то сняла с Хулио Жюстина. Однако с тех пор я приобрел множество способностей, позволяющих быть кем-то еще, не теряя собственных навыков. Строго говоря, они и раньше не терялись, но приходилось не по-детски напрягаться, переключаясь между чужими и своими. Теперь те и другие постоянно находились в моем распоряжении. Причем чужие перестали быть «пустыми», и, скажем, техники подчинения я смог бы применить процентов на двадцать. Многое давал и статус воина-мага сам по себе. Например, я точно знал, что окажусь в состоянии вытащить образ кобылы вампира из памяти личины, и он тоже станет личиной. Именно поэтому Мокиаху не пришлось извлекать лошадь Эсура из Мира Теней вместе с хозяином. Впрочем, лошадь — несущественная деталь. Эсур мог лишиться ее в странствиях и приехать в замок на любой другой. Или пешком прийти, и это не вызвало бы подозрений. Озаботиться имитацией кобылы я собирался больше ради развития.