Книга Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть II, страница 94 – Вел Павлов

Да, прошедшие два месяца напоминали сон. Сон, похожий на сказку. Пока Искорка и Фи спали, я зачастую сидел на балконе. Я сидел и страшился того, что сказочный сон развеется на рассвете. Рассвет наступал… Наступал каждый день, но сказочный сон не прекращался.

Вот только время всё равно стремительно утекало. В Инферно я мог беспрепятственно пользоваться Руной. Хоть и слабо, но её сила и действие подавляли присутствие тёмной твари в душе. Я всё чаще призывал клинок. Всё чаще я смотрел на собственное отражение в черной стали блеска спаты. И всё чаще меня стали посещать те самые губительные мысли. Мысли о собственном конце.

Я лишь примерно представлял сколько мне осталось. И это время катастрофически быстро таяло. Даже сейчас я не знал, как лучше поступить в дальнейшем, но чем дольше я размышлял над своим положением, тем чаще обращался мыслями к прошлому. Я догадывался, что не смогу держаться дольше отведенного, но при взгляде на Фи и Искриду всё переворачивалось вверх дном — мои принципы рушились, а вместе с этим менялся и рушился я.

Слова тётки порой звучали в голове. Её просьба. Последняя просьба. И всё чаще чаша весов моей неуверенности склонялась в их пользу. В пользу тех, к кому я не желал идти.

К Лазаревым.

Однако, чем больше времени я проводил в Инферно, и чем глубже углублялся в свой сказочный сон, тем больше я боялся потерять то, что обрёл лишь чудом. Смерть не страшила меня. Меня страшило то, что я уйду и оставлю их одних, но, как и всегда всё решил случай. Злополучный случай, который поставил крест абсолютно на всём…

Земля. Российская Империя.

Москва. Первое кольцо.

Резиденция таинственного рода Лазаревых.

Рабочий кабинет Хранителя Земли.

Время шло. Причем шло достаточно быстро. А для тех, кто спешит оно утекало еще быстрее — буквально как песок сквозь пальцы. Лазаревы и те, кто им помогал спешили. Страшно спешили. Денно и нощно они делали всё возможное, чтобы добиться хотя бы малейшего результата. Мельчайшего прогресса. Они всеми силами пытались отыскать хотя бы тончайшую нить надежды на спасение. Вот только время неумолимо улетучивалась, а вместе с ним улетучивалась крохотная искра той самой призрачной надежды. Как бы Лазаревы ни старались, как бы не упорствовали, но пока что исход всех титанических трудов был всего-навсего один — пустота. Полная и беспросветная пустота. Они ничего не сумели найти.

Ни могущественные владыки Инферно, ни бесстрашные божества, ни сильнейшие смертные нескольких миров не сумели найти то, о чем просил хранитель Земли. Ни единого способа помочь. Владислав Верейский, он же Владислав Лазарев, он же Ранкар Безродный никоем образом не мог избежать уготованной ему судьбы.

Чудовищное напряжение и тотальная безнадёга. Только это сейчас витало в рабочем кабинете Хранителя Земли. День ото дня к нему прибывали как различные послания, так и разнообразные существа из соседних миров, но итог по-прежнему был тем же самым — безнадёга.

Уставший и страшно измождённый Реахзор Хсе-Рар был последним, кто пожаловал в кабинет. Он тотчас взглянул на Мелисандру. Мелисандра переглянулась с Ас-Ннаем. Ас-Ннай, тяжело вздохнув, от безысходности покосился на Паллада Драгуна, а сам Драгун, поджав губы, посмотрел на Марриуза. Все прибывшие визитеры молчали и вслушивались в беседу Хранителя Земли с мудрейшим правителем архангелов Мерраввина.